|
Сообразив, что в этом жесте служанки есть и некоторая досада, Реми бросил на стол серебряную монету. - О господи, - воскликнула девушка, - мне столько нужно сдать вам с этой монеты, что не стоит ее брать. С вас всего-то следует шесть денье за двоих! - Оставьте себе эту монету целиком, милая, - сказала путешественница. - Верно, мы оба, брат и я, едим мало, но мы не хотим уменьшить ваш доход. Служанка покраснела от радости, но в то же время на глазах у нее выступили слезы - так грустно были сказаны эти слова. - Скажите, дитя мое, - спросил Реми, - есть ли проселочная дорога отсюда в Мехельн? - Есть, сударь, но очень плохая; зато... вы, сударь, возможно, этого не знаете, большая дорога очень хороша. - Знаю, дитя мое, знаю. Но мне нужно ехать проселочной. - Ну что ж... я только хотела вас предупредить, сударь, потому что ваш спутник женщина, и эта дорога для нее будет вдвойне тяжела, особенно сейчас. - Почему же, дитя мое? - Потому что этой ночью тьма-тьмущая народа из деревень и поселков отправляется в окрестности Брюсселя. - Брюсселя? - Да, они спешно переселяются туда. - Почему же они переселяются? - Не знаю; такой был приказ. - Чей приказ? Принца Оранского? - Нет, монсеньера. - А кто такой монсеньер? - Ах, сударь, вы уж очень много о чем меня спрашиваете - я ведь ничего не знаю; как бы там ни было - со вчерашнего вечера все переселяются. - Кто же переселяется? - Да все те, кто живет в деревнях, поселках, городках, где нет ни плотин, ни укреплений. - Странно все это, - молвил Реми. - Мы сами тоже уедем на рассвете, - продолжала служанка, - из нашего городка все уедут. Вчера, в одиннадцать часов вечера, весь скот по каналам и проселочным дорогам погнали в Брюссель; вот почему на той дороге, о которой я вам сказала, сейчас, наверно, страх сколько набралось лошадей, подвод и людей. - Почему же они не идут большой дорогой? Мне думается, там этих трудностей было бы меньше? - Не знаю; таков приказ. Реми и его спутница переглянулись. - Но мы-то можем ехать проселочной дорогой - мы ведь держим путь в Мехельн? - Думаю, что да, если только вы не предпочтете сделать, как все, то есть отправиться под Брюссель. Реми взглянул на свою спутницу. - Нет, нет, мы сейчас же поедем в Мехельн, - воскликнула Диана, вставая. - Прошу вас, милая, отоприте конюшню. По примеру своей спутницы встал и Реми, вполголоса говоря: - Из двух опасностей я все же предпочитаю ту, которая мне известна; кроме того, молодой человек намного опередил нас, а если, волею случая, он нас поджидает - ну что ж! Посмотрим! Реми еще не расседлал лошадей; он помог своей спутнице вдеть ногу в стремя, затем сам вскочил на своего коня - и рассвет уже застал их на берегу Диле. |
