— Ты хочешь сказать, они были чисто биологическими, потом стали киборгами, а закончили свой путь кристаллами?

— Не совсем, скорее всего, они энергетические структуры, — вспомнил я о том, что камень ничего не весил.

— Но точнее мы сможем сказать, только проведя всесторонние исследования, — взялся за свое Мирко.

«Нет».

Ничего себе! А кристалл сегодня в ударе! Это же надо, какая многословность!

— Он не хочет, чтобы мы его исследовали.

— Почему? — спросил у меня Габриэль.

— Глупый вопрос. Я тоже не хотел бы, чтобы во мне копались.

— А ты не думал, что он что-то скрывает? — кивнул Габриэль на кристалл.

— Конечно скрывает! Но исследовать себя не даст.

— Посмотрим. Но ты как-то с ним общаешься? — прищурившись, спросил Габриэль.

— Я уже говорил — у меня мысли возникают в голове…

Габриэль меня не дослушал, он выхватил пистолет и направил его на кристалл.

— Транслируй ему мысли обратно. У меня вопрос — что эти кристаллоящеры забыли в Солнечной? Для чего они прилетели?

— Гэб, ты с огнем играешь! Я не могу с ним говорить напрямую! И он то отвечает, то нет! — Я не стал пробовать выбить у бывшего адмирала оружие из руки. Ром с Рэмом стояли вместе с нами и за любую попытку навредить своему предводителю могли, недолго думая, вышибить мне мозги.

Как назло, на этот раз кристалл решил отмолчаться. А мне позарез требовалась от него информация, ведь я знал, что Габриэль выстрелит. Немного поиграет в кошки-мышки и выстрелит.

— Действительно, не стоит размахивать стволом перед ним, — на моей памяти Клер первый раз пошла против своего лидера, — я видела, на что способны… ему подобные.

— Но ты же рассказывала, что смогла уничтожить один кристалл? — У Габриэля была донельзя цепкая память. — И именно из-за их ужасающих способностей мы и должны получить ответ именно сейчас!

У меня не было контраргументов, я и сам понимал, что кристаллы несли с собой ужасную угрозу. Но на подсознательном, инстинктивном уровне я чувствовал, что Габриэль поступает неправильно.

— Кажется, я знаю, что он хотел нам сказать. — Клер спасала ситуацию как могла. — Он не с Данилом говорил, он среагировал на твои слова о том, что каждый человек должен иметь под ногами твердую почву. И показал, что есть и другой путь!

— Какой⁈ — Габриэль терял терпение, но оружие опустил.

— Я тоже понял! — воскликнул один из близнецов. Вот уж от кого от кого, но от Рома я дедуктивных способностей не ожидал. — Он хотел сказать, что нам надо стать такими, как он… этими самыми… энергетическими!

— А что — вариант, — поддакнула Лаура, — они, кажется, за тем и прилетели, чтобы нас… это самое… эволюционировать.

Я был готов поддержать самую дикую идею, лишь бы она смогла остудить пыл лидера АА.

— Да, мне постоянно говорят о том, что я получаю какие-то единицы эво.

— Кто говорит? — спросил Габриэль, но ответ выслушивать не стал. — Если это так, то их следует уничтожить! И этот долбаный кристалл, и всю комету!

— Стоп-стоп-стоп, ты же сам говорил, что мы должны его получить, потому что он даст вам надежду в борьбе с корпоратами⁈ — Я не успевал за логикой Габриэля.

— Да! Да и еще раз да! Но ты не понимаешь, на что он покушается? Не на нашу свободу! Не на наши территории — он покушается на нас самих! Он хочет переделать нас по своему замыслу! Это — высшее зло!

Ей-богу, Габриэль был готов всадить в кристалл всю обойму, поэтому мне надо было что-то срочно предпринимать.

— Он не зло! Точнее, не абсолютное зло! — выпалил я.