Троих вывел из строя Рекс.

    Итого получается: банда потеряла восемь участников. Если кого-то пропустил, пускай извиняют, я не специально.

    Выходит, что мне осталось набраться терпения и подождать, пока олень обезвредит полтора десятка разбойников.

    Всего-то?

    А вот и первый.

    То ли у бандита сдали нервы, то ли он выдохся, не в силах выдержать бешеный темп гонки, но, как бы там ни было, на меня с диким криком бросился здоровенный косматый мужик с гармонично беззубым оскалом и сломанным носом с вырванными ноздрями.

    Времени выхватить меч не было, поэтому я недолго думая заорал что было мочи:

    – Куси его! Фас!!!

    Потревоженная моим криком белка испуганно всплеснула лапками, выронив довольно приличных размеров шишку мне на голову.

    Инстинктивно пригнувшись – а ну как вторая окажется больше и тяжелее? – я почувствовал удар по голове, от которого чуть шея не хрустнула.

    – У-у-у… – торжествующе взвыл Рекс.

    – Я не хотел,- честно признался я; выдергивая из вражеской груди рога, венчающие мой шлем.

    Олень перепрыгнул через поверженного разбойника и помчался дальше.

    «Куда, куда бежите вы, бандюги?» – мелькнула мысль в одной из извилин.

    «Наверное, в свое логово»,- предположила вторая извилина.

    «Мамочка! – заголосила третья, сея панику.- Их ведь там может быть…»

    Узнать, сколько их там могло быть, я не успел, а вот сколько их было в действительности… пришлось поневоле испытать на собственной шкуре.

    «И тут на белом скакуне величаво въезжаю на поляну я. Мой меч сияет, бандиты в ужасе бегут…» – так это будет преподноситься потомкам.

    На самом деле все выглядело несколько иначе.

    Вместо белого жеребца – взмыленный олень, вся морда в чужой крови, глаза горят безумием, из ноздрей вырывается шумное сопение, на губах пена. Оленья шерсть собрала со всего леса иголки, листочки, паутину и грязь.

    Я выгляжу не лучше. Весь, опять же, в крови, шлем съехал набок, сократив обзор. Руками я судорожно вцепился в загривок Рекса, иначе давно бы уж свалился.

    Что до разбойников, то они не спешат улепетывать со всех ног. Напротив, осторожно, но решительно они берут меня в клещи, обходя справа и слева. Шорох раздался и за спиной. Окружен.

    «А степняки улепетывали до последнего»,- обиженно отмечаю я про себя, одним движением извлекая меч. Зловеще звенит клинок, дрожа вместе с моими пальцами.

    Рекс роет землю копытом, переводя взгляд с одной потенциальной жертвы на другую.

    Что-то многовато народу собралось на крохотной прогалине, сплошь заросшей брусникой, алые ягоды которой создают иллюзию забрызганного кровью зеленого ковра. Сейчас среди этих кровавых пятен появятся настоящие.

    Признаюсь честно – я не герой. Мне совсем не хочется сражаться и проливать кровь, даже если я на правой стороне. Будь моя воля, бежал бы я обратно с той же скоростью, с какой олень принес меня сюда, а то и быстрее, но… в своих планах Рекс не учитывает моих желаний. Он решительно настроен сражаться до победного конца.

    Осознав, что пацифистские настроения здесь не прокатят и давать бой таки придется, ощущаю бесшабашную отвагу. Наверное, заразился от оленя.

    – Всем слушать сюда! Я предлагаю вам сдаться.