|
С непривычки руки и ноги Дойла занемели, и он почти не чувствовал их. Промокший до нитки, весь в ушибах и ссадинах, он вообще не был уверен, жив он или нет. Вскарабкавшись наверх, Дойл с раздражением наблюдал, как Спаркс делает гимнастику. Словно индийский йог, он выкручивал руки и ноги, напевая хриплым голосом, причем звуки, вырывавшиеся из его горла, походили скорее на кошачье мяуканье, чем на пение. Голодный как волк, с посиневшими от холода губами, Дойл мечтал о чашке горячего крепкого чая и овсянке, как о чем-то совершенно несбыточном. В то же время в его голове, сменяя друг друга, мелькали самые немыслимые и мучительные пытки, которым он подверг бы Спаркса, будь это в его воле. Сделав глубокий выдох и склонив голову, словно приветствуя восходящее солнце, Спаркс наконец обратил внимание на дрожащего как осиновый лист Дойла. — Нам пора убираться отсюда, — сказал он как ни в чем не бывало и, широко улыбнувшись, быстрым шагом двинулся вниз по дороге. Спаркс почти скрылся за ближайшим поворотом, когда в застывшем мозгу Дойла заворочалась мысль о том, что надо срочно его догонять. Он кинулся вслед за Спарксом, и в его промокших сапогах захлюпала вода. Догнав Спаркса, Дойл продолжал трусить за ним, чтобы не отстать от своего спасителя. — Можно поинтересоваться, куда вы направляетесь, Спаркс? — спросил Дойл задыхаясь. — Движущаяся мишень предполагает движение, Дойл, — ответил Спаркс ровным голосом наставника. — Наше движение должно быть непредсказуемым. Правильно? «О господи! Невозмутимость этого человека становится невыносимой», — подумал Дойл. — И куда вы движетесь в таком случае? — ехидно спросил Дойл. — А куда движетесь вы, Дойл, позвольте узнать? — обернулся к нему Спаркс. — Понятия не имею. — Как так? Куда-то же вы движетесь? — У меня такое впечатление, что я просто следую за вами. Спаркс согласно кивнул и опять замолчал. — Так куда мы идем? — в который раз повторил Дойл. — Эта дорога кончится очень скоро, обещаю вам. И действительно, через несколько минут они достигли леса, и деревья обступили их со всех сторон. — Вы считаете, что здесь мы в безопасности, Джек? — Ну, где бы мы ни находились, наша безопасность одинаково относительна, — проговорил Спаркс и внезапно остановился. Он вертел головой во все стороны, как птица, проверяющая, в том ли направлении она летит. — Сюда, — скомандовал Спаркс, углубляясь в чащу леса. Озадаченный, Дойл бросился за ним, продираясь сквозь густые ветви. Ни дороги, ни тропинки нигде не было видно. На каждом шагу Дойл спотыкался о корни деревьев. Спаркс остановился и приподнял тяжелые ветви. Под ними зеленели кусты дикого крыжовника. — Присоединяйтесь, доктор, — пригласил Спаркс. Ягоды были жесткими и горьковатыми, но Дойлу они казались слаще любого лакомства. — Любите поесть, да, Дойл? — улыбнулся Спаркс. — С виду вы просто обжора. — Ну, от хорошей еды я никогда не откажусь, это правда, — пробормотал Дойл, запихивая ягоды в рот. — Да-а… пропитание. В этом вся загвоздка. Вот увидите, в скором времени о «всеобщем здоровье нации» заговорят вовсю. — Джек, умоляю, не будем сейчас говорить о «всеобщем здоровье»… — Не будем так не будем, — с готовностью согласился Спаркс. |
