Ненароком задев меня большой тяжелой грудью, проводница развернулась и, покачивая бедрами, величаво поплыла к себе в купе. Она была вполне еще ничего, живое подтверждение поговорки «В сорок пять - баба ягодка опять». Стоило проявить минимум заинтересованности, - и я получил бы порцию теплой искренней радости под мерный перестук колес. Но последние события настолько выбили меня из колеи, что я мог думать только об успешном завершении нашего неожиданного задания. Защитим этих ребят из «Обломков кораблекрушения», если повезет, нейтрализуем активатора энергетических атак - и в Испанию, выбирать виллу в старомодном колониальном стиле с белыми кирпичными башенками и нежно плещущимся под солнцем морем. Вот тогда можно будет расслабиться и всецело предаться блаженному ничегонеделанью в обществе знойных красоток. Женщины они ведь и в Испании женщины…

    Я отнес чай Свину, потом еще немного постоял в коридоре, стараясь сосредоточиться на счете огоньков. Получалось так себе. Тогда я вернулся в купе, улегся на постель и, накрыв голову подушкой, принялся медитировать, как учил меня Свин. Сущность процесса заключалась в следующем: когда хочешь перестать замечать шум, постарайся слиться с ним. Если будешь сопротивляться, то он будет преследовать тебя. А если примешь шум как должное, как часть твоего существа - он перестанет тебя беспокоить. Вот я и представил, будто я тот самый десантник. Неплохая в целом жизнь: бегаю себе по коридорам, отстреливаю монстров. Всех забот - добраться до следующего уровня.

    Уловка сработала. Лишь изредка вздрагивая от особо громких воплей, я стал медленно погружаться в сладкие объятия Морфея. Еще минута - и я бы окончательно провалился в забытье. Но Присутствие не дало мне такого шанса. В моей голове опять стали складываться пазлы. И вот что я увидел во второй раз.

    Мужчина уже давно остановил свою «шестерку». Мотор еще работал, нагнетая теплый воздух в салон. Мужчина кусал губы и машинально чертил на лобовом стекле замысловатые узоры. Он не хотел торопиться. Перед визитом к Кате надо было обдумать каждое слово, которое он собирался произнести. Очень важно: не перестараться, но и не давать поблажек. Чем быстрее Катя поймет, с кем имеет дело, тем лучше для нее. И не только для нее, но и для многих, очень многих людей.

    Мысленно повторив свои установки, мужчина выключил мотор, взял из багажника большой полиэтиленовый пакет и зашагал к остову сгоревшей сторожки. Лес молчал, лишь верхушки деревьев тихо постанывали от слабых порывов ветра. Пахло опавшими листьями, сухой землей и немножко - гарью. Бабье лето - так, кажется, это называется…

    Звеня ключами, он открыл люк и направил мощный луч карманного фонарика вниз. Сноп света не сразу нашел жертву, мужчине пришлось основательно осмотреть подвал, прежде чем он заметил девушку. Она сидела в углу. Точнее, не сидела даже, а полулежала, накрывшись одеялом. Рядом валялся пепел и обгорелые фильтры сигарет. Он понял: ночью Катя пыталась согреться и жгла все, что могло гореть. Емелин труд… Пачка сигарет горит от силы минуты две. Да и тепла от нее - кот наплакал, разве что пальцы обожжешь.

    Мужчина посветил фонариком прямо в грязный центр старого одеяла и тихонечко позвал:

    -  Эй!

    Никакого ответа. Тогда он поднял с пола головешку и, прицелившись, с силой метнул ее вниз. Одеяло зашевелилось. Мужчина увидел свою жертву. Лицо девушки заплыло от побоев, губы потрескались, волосы висели грязными клочьями. Она дрожала от холода и страха.

    -  Здравствуй! - вежливо сказал мужчина.

    Катя промолчала - только смотрела на него снизу вверх, безуспешно пытаясь справиться с ознобом.

    -  Здравствуй! - повторил мужчина.