На самом верхнем этаже величественно возвышались два башенных крана, стрелы которых были направлены в восточную и западную стороны. Они были выкрашены в два цвета, белый и красный. Говорят, это для того, чтобы самолеты, летящие на низкой высоте, сразу могли их заприметить.

– Так как на такой кран нужно подниматься по мачте, его еще называют climbing crane. Но так красиво, да? Я слышал, что в английском языке слово crane может также иметь значение «журавль». Хотя мне кажется, что он больше похож на вешалку…

Токи говорил горделиво, с намерением рассеять испуг Кацураги, но последнему было, очевидно, не до слов собеседника.

Подтянув страховку и пытаясь противостоять бешеному ветру и холоду, Кацураги поднялся по лестнице и добрался до кабины управления. Внутри стояло водительское кресло, окруженное с двух сторон двумя пультами управления. Все помещение было еще более тесным, чем казалось снаружи. На пульте с правой стороны были расположены два рычага и два датчика, а также шесть кнопок. Напротив сиденья стояли небольшая камера и шестидюймовый монитор. Посредством этой камеры смерть жертвы и смогли увидеть в диспетчерской, которая находилась внизу, на уровне земли.

Эту комнату уже вдоль и поперек осмотрели криминалисты, поэтому Кацураги спокойно попробовал присесть на место оператора.

Когда он посмотрел вперед, у него тут же закружилась голова. Там не было видно ничего, кроме неба. Поблизости не было зданий, которые могли бы сравниться с краном по высоте, поэтому у него возникло полное ощущение, что он парит в небе. С натяжкой этот вид можно было бы сравнить с видом из колеса обозрения, но тот факт, что рядом нет других кабин, делал ощущение парения в воздухе просто обескураживающим. Кацураги, конечно, не страдал акрофобией[68], но его ноги слегка оцепенели. Он слышал, что работа на высоте хорошо оплачивается, и, находясь здесь, он странным образом подумал, что раз людям приходится работать вот в таких местах, то это вполне обоснованно.

– Сумида упал вперед, держась за рычаг. Когда я рассмотрел его, увидел, что в бок воткнут универсальный нож.

– Но вы же не первым его обнаружили.

Кацураги еще раз проверил показания Токи. Последние минуты жизни Сумиды действительно видели коллеги, которые находились в диспетчерской. Однако первым человеком, увидевшим тело с дальнего расстояния и понявшим, что он мертв, был Паоло Андраде. Если говорить точно, именно он первым обнаружил тело, а значит, ближе всех находился к жертве.

Неожиданно Кацураги осознал одну вещь.

Кабина – это плотно закрытая стеклянная комната, за которой пристально наблюдают с земли и с соседних зданий, но, так как она находится на такой приличной высоте, никто к ней приблизиться не может.

Это современная «тайна запертой комнаты».

– Орудие убийства – большой универсальный нож. Он принадлежит Паоло-сану?

– Нет, это местный инвентарь. Каждому предмету присваивается номер, и, как правило, все оборудование находится в общем пользовании.

Оборудование общее, но последним этим ножом пользовался Паоло. Это следовало из записей журнала учета.

– Обычно этим ножом работают в перчатках, но Паоло к ним не очень привык, поэтому он их снял.

Вот почему на ноже остались отпечатки его пальцев.

– Я слышал, что между убитым Сумидой и Паоло была некая история.

– Ну, тут со стороны Сумиды была проблема…

Токи рассказал о том, что Сумида уже давно терпеть не мог иностранных рабочих и часто хамил им, а непосредственно перед происшествием он своей грубостью привел Паоло в бешенство, и между ними завязалась перепалка.