— Вот видите, Мун! — подхватил Уиллоублейк. — Я с самого начала говорил, что этот Болтмейкер довольно подозрительная личность. А вы вместо него все подсовывали женщину с…

Уиллоублейк осекся, увидев что-то в газете. Лицо его вытянулось. Удрученно протянул он газету Муну. Мун взглянул на полосу, яростно отшвырнул газету и угрожающе направился к Бедстрепу:

— Почему вы сразу не сказали?

Бедстреп выплюнул жвачку и только после этого ответил:

— О том, что у Болтмейкера брат рекламный агент? Собирался — только Дейли все мешал.

— Ха-ха-ха! Умора! — раскатился снова Дик, подняв газету. — Еще почище, чем с Джеком Левшой!

Дейли вырвал из его рук газету. По всей полосе бежали огромные буквы:

ПОСЛЕ ТЫСЯЧЕЛЕТНЕГО МОЛЧАНИЯ

ЕГИПЕТСКИЙ СФИНКС ЗАГОВОРИЛ,

И ПЕРВЫЕ СЛОВА ЕГО БЫЛИ:

КУРИТЕ СИГАРЕТЫ «ҚОСМОС»!

9

— Инспектор, вас зовет шеф!

Выждав, когда Мун пройдет через оперативную комнату и исчезнет за дверью, Марджори, улыбнувшись «очаровательно и женственно», что никак не вязалось с ее форменной одеждой, обратилась к Дейли:

— Доброе утро, сержант! Я поговорила с папой. Он сказал, что хотя официально методистская церковь не признает спи… Что с вами, сержант?

Последние слова она произнесла уже в коридоре, куда ее мгновенно вытащил Дейли. Этого только не хватало, чтобы ребята слышали, что сержант запанибрата… с духами! Такой гогот поднимут — не показывайся. От одного Дика, у которого школярские штучки все еще не выветрились, всего можно ждать.

— Ну зачем же при них, Марджи… Не забывайте, что это наша маленькая тайна. Так что говорит ваш отец?

— Он считает, что общаться с миром непознаваемого можно, если только это делается с верой в душе. Словом, он разрешил… Да я и сама так заинтригована… Итак, я согласна. Вы меня уговорили.

Дейли был ошарашен — ведь он и не думал ее уговаривать. Однако настойчивость у этой девицы сногсшибательная!

— Но, Марджи, дорогая… Я не могу вас взять с собой…

— Вот как?

— Вы же сами понимаете… Эти сеансы происходят в полной тайне.

— Но вы же проговорились — какая же это тайна! По-моему, они просто должны радоваться, что к ним приходят новые люди.

— Но ведь это не кафетерий, Марджи, — кто захочет, тот и заскочит. Там проводят что-то вроде тестов, проверяют моральную и психическую устойчивость… — Дейли понес бог знает что, сам с ужасом прислушиваясь к своим словам.

— Так что же я, по-вашему, морально неустойчива?

— Нет, я-то в этом уверен, но…

— Спасибо, ни к чему! Мне уже все ясно. Не знаю, с какими именно духами проводите вечера, каким спиритизмом занимаетесь, но уверена, что там больше пахнет спиртным, чем спиритическим…

«А черт с ним, — решил вдруг Дейли. — В конце концов, чем балаган тетушки Ролли хуже другого?»

— Хорошо, идем. Представляю, что мне придется вынести, но согласен..

— Крист, вы прелесть!

«Ого! Это уже что-то. Почти победа», — подумал Дейли. Впервые его назвали по имени.

Крутя головой, Дейли вернулся в оперативную.

— Дик, ты мне друг?

— Все зависит от ситуации. Если мне от тебя что-нибудь нужно, то да.

— Друг это тот, кто сам помогает, а ты..

— Предрассудок. Ну ладно, могу себе позволить роскошь один раз быть старомодным.