— Расскажите все, что вы знаете о Спитуэлле.

— С Джоном я познакомилась года два назад. Он в тот вечер много пил, то и дело совал мне деньги. Сказал, что я ему нравлюсь. Следующий вечер у меня был свободный. Сперва мы пошли в ночной клуб, а потом к нему.

— И вы стали его?..

— Да.

— Но вы же не любили его?

— Нет. Но надеялась на длительную связь. У него было много денег.

— Вы знали, чем он занимается?

— Не знала. Он говорил, что он журналист.

— Лжете! Вы отлично знаете, что он был русским агентом.

— Он мне ничего не говорил… Я действительно не знала…

— Все газеты писали о деле Ротбахов.

— О деле… кого? Я не читала.

— Хорошо, сочиняйте дальше!

— Я не сочиняю… Я, право же, ничего не знаю. Мне казалось, что у него какое-то рискованное занятие…

— Ну, ну, дальше!

Пегги замолчала. Молчал и Мун.

— Я вас предупреждал — будьте внимательны! Молчание подозрительнее слов. Вы знаете, как его можно истолковать?

— Нет, нет! Я не хочу молчать. Я только сужу по тому, что… Джон мне как-то показывал страховой полис. Его жизнь была застрахована в сто тысяч долларов. И тогда я подумала… А иногда он бывал такой странный, какой-то подозрительный… Особенно в последнюю ночь…

«Полис! Очень интересно! Где же он?» — подумал Дейли.

— Кстати, раз уж вы затронули последнюю ночь… Вы имеете в виду ту, которую вы провели на улице ВанСтратена?

— Да.

— Что вы, собственно, хотели сказать? Ага, что он был взволнован. Он, вероятно, тогда много курил? Верно? А что он курил? Как обычно, «Честерфилд»?

— Да, по-моему, «Честерфилд».

— А вы «Симон Арцт»?

— Как я могу курить «Симон Арцт», если мне эти сигареты прислали уже после?! Я попробовала, но мне не понравилось.

— Ага, вы говорите — прислали? И кто прислал, вы конечно же не знаете?

«Хорошо», — подумал Дейли. Он видел, как инспектор перегнулся через стол, как сверлит Пегги глазами.

— Не знаю… На упаковке был только мой адрес и больше ничего…

— Не знаете? Ясно! И упаковка, разумеется, пропала?

— Упаковка? Куда я ее дела? Кажется, выкинула…

— Послушайте! Вы хотите, чтобы я вам поверил, а что вы сами делаете? Рассказываете мне сказочки, над которыми посмеется пятилетняя девочка. Упаковки нет, отправитель неизвестен. Странно, почему это мне неизвестные благотворители не посылают коробок с самыми дорогими египетскими сигаретами?

— Я… я не знала, что они дорогие… Я думала, что это прислал Джон… Мы с ним договорились…

— Джон? С того света? Вы же лучше, чем кто-либо, знали, что он уже труп.

— Я тогда… еще не знала… Посылку я получила уже под вечер.

— Не разыгрывайте представление! Весь город об этом знал, все газеты кричали об этом, а вы…

— Я не читаю газет… Только вечером… когда пришла в бар… Там я впервые узнала…

— Приберегите слезы для присяжных. Еще раз говорю, будьте умницей. Никакое вранье вам не поможет. Лучше прямо признаться, как это произошло… Я убежден, что есть смягчающие обстоятельства… Ну, ну, детка! Вы поссорились с Джоном? У меня есть показания соседей.