А Троллоп все не появлялся. Мун решил уже не ждать его. Сунув смятые листы в карман, он направился к двери. Но тут вошел хозяин. При виде инспектора он несколько смешался.

— Что это значит? — и Мун швырнул на стол газету.

— Мера за меру! Вы обещали информировать меня первого, а о Пегги Морнинг я узнал только вчера и то благодаря Торренту. Так что руки у меня оказались раз вязанными. Вы считаете, что я поступил нечестно? А я считаю, что действовал для вашей же пользы. Вы находились в трудном положении. Уже заявив раз, что не верите в руку красных, вы считали, что неудобно отступать. Я проделал это за вас. Рано или поздно вам пришлось бы это сделать. Скажу больше — вам придется это сделать!..

Мун долго жевал потухшую сигару, в упор глядя на розовое лицо Троллопа. Потом шагнул к двери, повернулся и бросил через плечо:

— Знаете, Блисс, когда вас найдут с пулей в животе, я сделаю все, чтобы найти убийцу… пожать ему руку.

Домой Мун приехал в подавленном настроении. Джина, напротив, была на редкость весела. Лицо ее просто сияло от радости. Выяснилось, что этому три причины. Во-первых, миссис Гендерсон после долгого перерыва поздоровалась с нею и беседовала целых десять минут. Во-вторых, узнав от нее, в чем причина этой любезности, Джина купила «Морнинг сан» и с удовольствием прочитала интервью.

— А в-третьих, — Джина помахала кусочком картона с золотым обрезом. — Нас приглашает Алисон! Сегодня вечером!

Мун недоверчиво покрутил в пальцах пригласительный билет.

Т. О. Алисон начал свою карьеру лет десять назад изданием журнала «Так поговаривают». Журнал специализировался на скандальной хронике, подаваемой так, как будто она нашептывается читателю на ухо. Для получения информации Алисон нанимал целую армию частных детективов. Хотя журнал выходил всего шесть раз в год, тем не менее приносил девять миллионов дохода. Основным источником были деньги, которые платили, чтобы материал не пошел. По иронии судьбы, до издания этого журнала Алисон сам был жертвой анонимных шантажистов. И именно Муну в свое время пришлось расследовать это дело, в результате чего кое-кто попал за решетку.

«Мистера Муна с супругой просят пожаловать…» Чудеса, да и только! Наверняка что-то опять понадобилось. Но что ему может понадобиться теперь? Миллионер, влиятельный политик… Неожиданно Мун вспомнил, что «Морнинг сан» тоже принадлежит Алисону.

— Никуда я не пойду. Если ему что-нибудь надо, пусть явится ко мне.

— Ты в уме, Сэм? Отказаться от такого приглашения! Я же позвонила, что мы непременно будем.

— А теперь можешь позвонить, что не будем.

— Сэм, но как мне быть с платьем? Вернуть? Или пожертвовать Армии спасения?

— Какое платье?

— Но я же купила сегодня. Нельзя же к Алисонам являться бог знает в чем! Сейчас я покажусь…

Новое платье выглядело очень мило. И Джина выглядела так, что Мун решил не расстраивать ее. А почему бы и не пойти? Есть случай высказать Алисону все, что он думает о гангстерских методах его сотрудников.

Весь холл огромного особняка Алисона занимал бассейн размером с небольшой пруд. Вокруг вывезенные из Мексики кактусы и агавы. У мраморного берега покачивалась похожая на торпеду алюминиевая моторная лодка.

— Рад видеть вас, инспектор, — произнес Алисон, отделяясь от кучки гостей, чтобы пожать руку Муну.

— А я не очень. Надеюсь, вы читаете свои газеты. То, что позволяет себе ваш Троллоп…

Алисон сделал вид, что не слышит.

— Это ваша супруга? Рад видеть вас, миссис Мун. Как поживаете?

— Очень рада.