Мун кивнул и осушил стакан.

— Инспектору нужен конкретный человек. И только когда он выйдет на его след, когда отыщет его, тогда он скажет: «Вот вам убийца Спитуэлла. Убийство совершено по таким-то и таким-то мотивам. Вот доказательства. А дальше поступайте как знаете». Не так ли вы думаете, мистер Мун?

Мун кивнул. На этот раз просто потому, что голова не хотела держаться прямо.

Дальнейшее почему-то воспринималось с трудом. Вместе с Джиной они подъезжали к дому, но почему-то не в его машине. Потом ему казалось, что он с кем-то целовался, кажется с Джиной, но Джина утверждала, что он вместо того, чтобы дать чаевые, поцеловал шофера Алисона.

21

Мун лежал в постели и читал газету. Неслыханное дело — читать газету в постели. День за днем, год за годом он вставал, мылся, брился, садился к столу и только тогда брал в руки газету. И все же вот уже два дня он не вставал вовремя и — самое ужасное! — читал газеты в постели. Джина недоумевала, но Мун ничего не объяснял. Нельзя же объяснить, что на работе ему нечего делать.

Каждый раз, берясь за папку с делом Спитуэлла, он чувствовал себя как пьяница на распутье между двумя кабачками. Или прекратить следствие, поддержав общую точку зрения, или признать себя побежденным и выдать себе свидетельство о несостоятельности. Другого выхода не было.

— Что нового? — поинтересовалась Джина.

— «Возле Кента жители видели русский космический корабль. Фермер Билл Блаха, местный чемпион по боксу в тяжелом весе, после драматической борьбы разоружил советского агента. Нет сомнения, что этот агент катапультирован из ракетного корабля», — прочитал Мун огромную «шапку».

— Подумать только! Хорошо, что на этот раз поймали!

— Чушь!

— Ты не веришь, что его поймали,

— Нет, не верю в эти корабли. Помнишь, несколько дней назад сообщали о дирижабле в прериях?

— Но ведь люди так ясно его видели!

— Слишком уж ясно. Даже русские буквы на подошвах разглядели.

— Но, Сэм, нет же дыма без огня. Почему, например, они не летают над Францией или Бразилией? По-моему, вполне понятно. У нас есть то, что их привлекает.

— Ты знаешь, спорить с тобой или с Пэтом под силу только роботу.

Все это время Мун проделывал обычный утренний ритуал — брился, мылся, одевался и завтракал.

Не успел Мун появиться в управлении, как Марджори тут же сообщила, что его вызывает шеф.

— Сейчас же спускайтесь к выходу. Там ждет зеленый «плимут». Шофер доставит вас к полковнику Мервину, — сообщил Лафайет.

— А почему я сам не могу туда поехать? И в чем дело?

— Не знаю, дорогой Мун. Они же страшно любят напускать на себя таинственность.

За выполнение секретного задания на территории оккупированной Франции полковник Мервин получил два отличия — орден и немецкую пулю в лицо. С того времени на нем застыла какая-то непонятная улыбка. Только зеленоватые глаза оставались серьезными.

— Здравствуйте, инспектор. По телефону я не хотел рассказывать вам об этом. Учтите, что пока мы все держим в тайне.

Мне нет надобности пояснять вам, что и вы должны хранить в тайне все, что не относится непосредственно к делу Спитуэлла. К сожалению, коротенькое сообщение проскользнуло вчера в печать. Впрочем, это наверняка будет расценено как обычная газетная утка. Итак, слушайте внимательно!..

— Он признал себя советским агентом? — спросил Мун, выслушав рассказ полковника.

— Пока что его признание нам не так уж важно.