Его удар вынес тяжёлые железные ворота, словно пушинку, превращая их в искорёженный кусок металлолома. Они влетели внутрь крепости, сметая всех и каждого на своём пути. А затем внутрь хлынула стая теней. Пауки и псы, что скопились у крепости с нашим появлением, ринулись в атаку, и стреляющим стало не до нас. Вскоре к звукам стрельбы присоединились душераздирающие крики.

Баал всё так же спокойно стоял напротив ворот, скрестив руки на груди. Позади молчаливо выстроились другие бесы. Они продолжали ткать из тени тварей, друг за другом посылая их в бой.

С начала атаки прошла всего пара секунд, а от защитников крепости почти никого не осталось. Выстрелы звучали всё реже, а крики — чаще.

Я резко вернул сознание в тело, даже голова закружилась, но мне было плевать. Подхватив мечи, я бросился к двери и выскочил наружу прямо на ходу. Заметив меня, водитель ударил по тормозам, а я уже мчался к Баалу.

— Стой! — выкрикнул я. — Останови это!

Несколько бесов заступили мне путь, прикрывая телами босса, но для меня они уже давно перестали быть серьёзными противниками. Клинок свистнул, рассекая воздух, и голова самого резвого покатилась по асфальту. Но это всё, что я успел. Баал медленно обернулся и с эдакой ленцой махнул от себя рукой. Меня смело с ног. Пролетев по воздуху метров пять, я печатался в стену здания и рухнул в сугроб.

Баал неспешной походкой подошёл ко мне, замер буквально в паре метров и натянул на лицо свою фирменную кривую ухмылку.

— Я закончил, — произнёс он. — Можешь не суетиться. Живых внутри осталось достаточно, чтобы рассказать всем о нашей дружбе.

— Да пошёл ты, сука! Я тебе кишки выпущу! — взревел я и с низкого старта рванул в атаку.

От первых трёх выпадов Баал увернулся без особого труда, я сумел поймать его на четвёртом. Вот только клинок не почувствовал сопротивления, когда столкнулся с телом врага. Лезвие прошло сквозь чёрный дым, в который мгновенно превратился Баал. Он обрёл человеческий облик у меня за спиной, и я снова отправился в полёт. На сей раз его прервал фонарный столб, который я осыпал искрами, что полетели из глаз от столкновения.

— Ты ещё не понял, витязь? Отныне для своих ты — предатель. Можешь продолжать брыкаться, но это ничего не изменит. До встречи. Надеюсь, она состоится скоро, — закончил Баал и, обратившись в дым, втянулся в окно ближайшего дома.

Меня трясло от бессильной ярости. Я что-то кричал, сыпал проклятиями, пытался атаковать бесов и их псов, чтобы хоть на ком-то отыграться. Однако они старательно избегали столкновений, даже «тени» отскакивали в сторону и старались держаться подальше. Но самое страшное, что ни одна тварь даже не попыталась на меня напасть. Со стороны это выглядело именно так, как сказал демон. Теперь в глазах тех, кто выжил в крепости, я — предатель…

* * *

Всю обратную дорогу я ехал молча. Лёха пытался как-то сгладить ситуацию, всё время что-то говорил, но я его не слышал. Мысли были заняты другим. Баал победил, и сделал это так искусно, что ни у кого даже сомнений не возникнет в том, что произошло у ворот рязанской крепости. Слухи разлетятся быстрее ветра, а наших оправданий даже слышать никто не захочет. Отныне мы стали врагами человечества, и я просто не видел ни единого способа доказать обратное.

Я чувствовал себя разбитым. Демон ударил в самое больное место. В целом, конечно, мало что изменится, по крайней мере, для нашей общины. Как-то ведь мы выживали самостоятельно всё это время? Да и я не стремился к славе и признанию. Тогда почему так больно? Почему хочется выть от тоски, будто я безвозвратно утратил нечто ценное?

Стоп! А зачем это Баалу? В чём смысл данного спектакля? Отрезать нас от других общин? Так мы вроде не нуждались в их помощи и поддержке.