Сказав это, толстяк со смаком поцеловал кончики собственных пальцев и направился в бар. Одетта окинула взглядом зал, увидела Калума — и обратилась в статую. У нее было такое ощущение, что ее желтое платье вдруг усохло до размеров перчатки и не дает ей вздохнуть.

Калум сидел за столиком в дальнем углу и беседовал с Алексом Хопкинсоном, Флорианом Этуалем и еще двумя мужчинами в темных костюмах. Одетта машинально отметила, что приятели Калума съели все, что лежало перед ними на тарелках.

Калум заметил ее, удивленно выгнул белесую бровь поднявшись с места, медленно двинулся в ее сторону.

К Одетте вихрем подлетел опереточный епископ в зеленой мантии и картонной митре и сунул ей в руку меню. Одетта ничего этого не заметила: смотрела во все глаза на двигавшегося ей навстречу чемпиона ее сердца. Стэн знал кое-что о том, как в реальности обстояло дело с переездом гостей из «Клиники» в «РО», и хотел предупредить Одетту, чтобы она не переоценивала в этом смысле заслуги Калума.

— По-моему, Одетта, ты должна знать, что… — начал он, но тут его оттащил в сторону молодой голубоглазый блондин, который заказал в «РО» столик заранее и теперь негодовал по поводу того, что он не может усесться на свое законное место. Стэн хотел было съязвить, сказать ему, что в «Клинике» сейчас свободных столиков сколько угодно и что он, коли ему так уж не терпится пожрать, может отправляться туда, но передумал. Во-первых, парень был одним из тех немногих гостей, которые платили наличными, а во-вторых, что-то в его внешности показалось ему знакомым.

— Подождите немного, — сказал он, наблюдая краем глаза за тем, как Калум, поцеловав Одетту в щеку, повел ее за свой столик. — Видите, какая у нас запарка? Так как, вы говорите, ваша фамилия?

— Сильвиан, — произнес блондин, лениво растягивая слова. — Меня зовут Мунго Сильвиан.

— Так вы брат Феликса? — воскликнул Стэн, обрадовавшись, что его зоркий глаз художника уловил-таки семейное сходство.

— Ну конечно. Кстати, Феликс тоже здесь. Нам нужен столик на четверых — и побыстрее. — Внимательно посмотрев на Стэна, блондин спросил: — Похоже, вы намекаете на то, что я должен вас знать?

— Именно, — сказал Стэн, бросая взгляд через плечо на стоявших на некотором удалении Феликса, Фебу и здоровенного парня, казавшегося сильно увеличенным изданием Мунго.

Феба, старинная приятельница Стэна, сразу его узнала, подлетела к нему и повисла у него на шее.

— Стэн, милый, как я рада тебя видеть. Так вот где ты нашел свое призвание! — Феба обвела рукой зал. — Это ведь все твое, как я понимаю?

Феба и Стэн несколько лет назад встречались, правда, недолго. Саския шутила, что выменяла его у Фебы на Феликса, но истина была куда более сложной и, пожалуй, болезненной. Глядя в зеленые глаза Фебы, Стэн думал, что она, хотя и остра чрезмерно на язык, все-таки умная женщина. И очень терпеливая. Ладить с Феликсом было крайне непросто — как, впрочем, со всеми братьями Сильвиан. К примеру, общение с Феликсом едва не доконало его дорогую Саскию. Когда Стэн узнал кое-какие подробности об их отношениях, то невзлюбил все это семейство, хотя Саския не раз ему говорила, что не испытывает к Сильвианам неприязненных чувств.

— В сущности, здесь все сделала Одетта, — сказал он, мельком глянув на свои работы. — Я лишь расставил кое-какие акценты.

Тут к ним подошли братья Сильвиан, и Стэн малость напрягся.

— Насколько я знаю, со старшим братом Феликса Джимми ты не знаком, — сказала Феба, указывая на светловолосого здоровяка, который в эту минуту гипнотизировал взглядом соблазнительные формы Одетты, сидевшей за столиком рядом с Калумом.