- Ведьма! - прохрипел король. - Где мой сын? Где Септимус?!

   - В земле, - улыбнулась девушка, склонив голову на бок. - Давно уже. Он умирал, когда я его нашла. От стрелы, если я не ошибаюсь... Сикстуса? Впрочем, сейчас это уже неважно.

   - Мерзавка, - выплюнул король, тяжело облокачиваясь о стол, почти ложась на него. - Ты... вознамерилась получить... мой... трон?

   Девушка громко фыркнула.

   - Сдался он мне! Нет, Велиций, вся эта история была затеяна, чтобы посадить на твой трон... а точнее, трон Империи, которую я создала, совсем другого... человека, - она улыбнулась, наклонилась, поймала взгляд умирающего. Потянулась и достала у него из-за пояса кинжал. Аккуратно приставила к своей груди. - Знаешь, папа, я уже давно разыгрываю такие вот пьески. Очень забавно, когда главный злодей в конце погибает. Из меня получился хороший злодей, правда? Итак, жестокий принц Септимус отравляет отца и тот в отместку закалывает сына кинжалом, - девушка перевела взгляд на клинок. - Неплохо, а? Род прерывается... а, да, забыла сказать: тот граф... как, бишь, его... ну, в общем, упал с лошади этим утром, - и сладко улыбнулась. - Плохой наездник. Бывает.

   - Будь... ты... проклята! - выдохнул умирающий и тяжело рухнул на стол. Похоронно звякнули расколотые блюдца, тарелки и чашки.

   - Да я уже, - грустно улыбнулась девушка, глядя на кинжал. - И давно...

   Кусая губу, она чуть подвинула клинок. Вздохнула. И резко толкнула руку к себе.

   Скрипнула, открываясь дверь.

   - Ваше Высочество, прошу прощения, - произнёс Эдмунд, входя, - я не должен был...

   И замер в двух шагах от стола, глядя на труп короля... на облокотившуюся о столешницу рыжеволосую девушку с кинжалом в груди.

   Илия обессилено покачнувшись, рухнула на колени. Эдмунд непроизвольно шагнул вперёд и вздрогнул, поймав знакомый взгляд.

   Девушка судорожно вздохнула, и тоже знакомо, горько улыбнулась. Рыжая прядь упала на грудь прикрыв рану.

   - Ваше Высочество! - Раздалось за дверью. - Тревога, Ваше Высочество! Хумары...

   Дверь снова распахнулась - Эдмунд отвёл взгляд, дёрнулся.

   А когда снова посмотрел - на месте рыжеволосой лежал принц Септимус, глядя на Эдмунда стеклянным мёртвым взглядом.

   ***

   - Издалече ты, девица?

   Девушка стянула капюшон, тряхнула рыжими волосами.

   - Да уж, издалека. Будет у тебя варенуха для усталой путницы?

   - Да уж как не быть! - улыбнулся трактирщик, поспешно закрывая дверь. - Я ж так и подумал - издалече, в такую-то погоду никто из местных носа наружу не кажет. Ты из этих... гонцов? Али нет? Лошадь у тебя больно хорошая.

   Девушка устало улыбнулась, уселась за стойку.

   - Сказительница я. Вот и путешествую из города да в село, да в другой город. Где больше повезёт, там и остаюсь. Как думаешь, нужна я здесь?

   - Ну-у-у, - протянул трактирщик, отсылая выглянувшую, было, в зал, служанку. - Городок у нас маленький. Дворец императорский тут - тем и живём. Всякие... гонцы... послы проезжают. А во дворце тебе ловить нечего, даже не суйся.

   - Знаю, - улыбнулась девушка, доставая медяшку. Трактирщик поглядел на неё и махнул рукой.

   - Ты лучше историей какой расплатись. Да и девка ты видная...

   Девушка фыркнула. Положила на стойку кинжал.

   - Осторожней, папаша, как бы мне не сочинить историю про тебя.

   Трактирщик хрипло хохотнул.

   - Жаль. Ну, как хочешь.

   Девушка криво улыбнулась. И вдруг попросила:

   - А расскажи мне лучше сам - про императора.