К зданию на Петровке Гудко подъехал чуть позже шести часов вечера. Он был уверен, что оперативники во главе со следователем Супоневым еще на месте, хоть рабочий день и закончился. Ему не терпелось поделиться новостями, еще больше ему хотелось поскорее отыскать Саньку-косого и выяснить, наконец, что собой представляет третий подельник Артема Юрченко. Он не ошибся, вся опергруппа капитана Абрамцева была в сборе. Заняв свои рабочие места, они корпели над отчетами в ожидании возвращения Гудко. Как только он открыл дверь, к нему подлетел Дангадзе.

— Где тебя носит? — набросился он на товарища. — У нас дело стоит, а ты прохлаждаешься.

— Вот это прием, — опешил Гудко. — А я-то по наивности надеялся сорвать овации. Но нет, как всегда, я что-то упустил.

— За что тебе овации? За задержку? — кипятился Дангадзе. — У нас план задержания остывает, и все из-за того, что мы ждем, когда ты соизволишь явиться.

— Ты чего на него налетел, Гия? — капитан Абрамцев нахмурил брови. — Дай хоть войти человеку.

— Чего входить? Чего входить? Надо к Семипалову бежать, пусть отмашку дает, — строгий тон Абрамцева капитана Дангадзе не усмирил. — У меня безвинный в обезьяннике четыре часа маринуется. Меня за это по головке не погладят.

— Ты про Воеводина? Видел я его, дрыхнет на скамье как убитый, — губы Абрамцева растянулись в улыбке. — Если не хотел невинного в клетке держать, почему домой не отпустил?

— Чтобы он снова налакался до безобразного состояния? Ну уж нет, — возмутился Дангадзе. — Пусть лучше жалобу накатает, чем освинячится. Как он нам в беспамятстве дом покажет?

— Твоя правда, отпускать Воеводина нельзя, — согласился Абрамцев. — Но и на Гудко налетать не стоило. Присядь, Гия, послушаем, с пользой он время потратил или впустую.

— Ладно, пусть выкладывает, только покороче. Сдается мне, на сегодня подполковник уже не одобрит задержание, так что времени у нас вагон и маленькая тележка. Как говорится: порядок время бережет. Вот пусть все по порядку и выкладывает.

Гудко хоть и был разочарован приемом, медлить не стал. Выдвинул стул на середину кабинета и начал выкладывать новости. Не успел он начать говорить, как пришел Супонев. Он устроился на подоконнике и подал знак Гудко продолжать. Тот прервался лишь на пару секунд. Получилось не очень коротко, но и не длинно. Новости порадовали и оперативников, и следователя. Абрамцев откинулся на спинку стула и протянул:

— Чертовски хорошая работа, Гудко.

— Спасибо, — скромно поблагодарил Гудко. — Но это скорее результат везения.

Следователь Супонев пересек кабинет и занял место Гудко, который, высказавшись, отошел к стене.

— Итак, что мы имеем, — начал Супонев. — Мы установили личности всех троих преступников. Это Артем Юрченко, Степан Канышкин и некий мужчина, чья внешность и особые приметы нам известны. Для удобства будем называть его Хромой. Возражений нет?

— Никак нет, — за всех отрапортовал Гудко.

— Еще что нам известно? Трое злоумышленников приобрели военную форму у прапорщика Барыги. На него преступников навели давние связи Хромого. Полагаю, он является старшим в группе, как по возрасту, так и по рангу.