|
А в бок все сильней упирался бластер, Ивен чувствовал отверстие дула при вдохе. «По крайней мере, сантиметра полтора… — думал он. — Во мне сейчас проделают такую дыру, что туда можно будет провести железнодорожный тоннель. Но все-таки это не нож…» Ивена все ближе и плотней окружали эти недовольные лица. Насколько он понимал, ни у кого оружия здесь больше не было, но они с удовольствием применили бы его, окажись оно под рукой. Ивен смотрел на их щербатые рты, облученные и изуродованные носы и губы, лысые и лысеющие головы, — такого он не видел с тех пор, как покинул другой конец (не конец, конечно же, но слово подходит) Поясов, где люди так легкомысленно подвергали себя воздействию космической радиации, заболевали и вскоре умирали от рака… Но сегодняшних его «приятелей», Ивен чувствовал, все это не волновало. А волновала их в данный момент одна только его, бравого Ивена, смерть… — Вы, полицейские, — скалился «Смит», — думаете, что можете вести себя где и как вам угодно, оскорблять честных рабочих людей и драться безнаказанно в барах. Но вы не такие уж крутые оказываетесь, когда остаетесь одни! — Он засмеялся, и Ивен почувствовал густой запах дешевой водки с какими-то побочными продуктами. — А сейчас мы проделаем в тебе несколько аккуратных дырочек, чтобы ты больше никогда и ни во что не вмешивался… На втором или третьем предложении торжественной речи «Смита» Ивен понял, что пора уже что-то предпринимать. Не отрывая взгляд от оратора, он схватил его за руку, в которой тот держал бластер, и резким, молниеносным движением вывернул ее в противоположную сторону, воткнув дуло прямо ему в живот. Глаза «Смита» округлились. — Ну, а теперь давай, жми на курок, — мягко сказал Ивен. — Давай же, мистер «Смит», или тебе помочь? — Нащупав его палец на курке, Ивен почувствовал, что испуганный «Смит» пытается снять его с крючка, и сдавил ему руку еще сильнее. — Тебя можно отправить в тюрьму за нападение на полицейского, но ты не доживешь до этого момента, так как я сейчас продырявлю тебя и твоих дружков следом… Люди вышли из-за спины «Смита». «Нужно что-то предпринимать, — думал Ивен, — так долго продолжаться это не может. Арестовывать кого-либо не имеет смысла. И зачем же я снял свой костюм!» — …Но я не хочу понапрасну тратить деньги налогоплательщиков на заполнение множества бумаг, в том случае, если я тебя убью. Тем более, что… вы меня просто все раздражаете… Сказав это, он сильно ударил по ногам «Смита», при этом крепко держась за бластер. «Смит» покачнулся и выпустил его из рук. Моментально к Ивену подскочили еще трое, но стрелять он не решился. Быстро вытащив обойму, он швырнул ее в одну сторону, пистолет в другую и принялся руками и ногами колотить нападавших. Дальше было все так, как бывает обычно в подобных ситуациях: удары руками, ногами, промахи, попадания, треск костей. Ивена схватили за руки, и едва он успел скинуть нападавших, его схватили снова, нанося удары по голове, животу, спине и куда попало… Вдруг он почувствовал, что кто-то скинул одного из повисших на нем. Ивен быстро развернулся и сбросил второго. В открывшемся поле зрения по чьей-то доброй воле пролетел еще один лысеющий здоровяк. «Джосс появился», — подумал он с облегчением и повернулся, чтобы взглянуть на него. Там кто-то держал одного из нападавших в горизонтальном положении, причем не прикладывая почти никаких усилий, затем, выбросив горемыку за дверь, спокойно направился в сторону трех или четырех мрачных фигур, оставшихся в центре бара. Получив небольшую передышку, Ивен успел с удивлением заметить, что этим «кто-то» оказалась очень даже стройная, высокая женщина (сразу скажем: около 60 килограммов при росте в 2 метра), с темными, почти до пояса, волосами. |
