|
Получив небольшую передышку, Ивен успел с удивлением заметить, что этим «кто-то» оказалась очень даже стройная, высокая женщина (сразу скажем: около 60 килограммов при росте в 2 метра), с темными, почти до пояса, волосами. Одета она была в грязный костюм серого цвета и, поверх него, черную куртку. Ее тяжелые ботинки пристегивались к брюкам — это он заметил как раз в тот момент, когда она увесисто приложилась одним из них к грудной клетке какого-то громилы. Но все это зрелище длилось две секунды — к Ивену уже приближался следующий радушный посетитель заведения, похожий больше на медведя, чем на человека. Ивен не стал терять времени на приветствие и изо всей силы ударил нападавшего ладонью по горлу. Затем стремительно ринулся на высокого, сухощавого типа, отчаянно пытавшегося собрать пистолет. Обойма и бластер опять полетели вверх, а тощий опустился на пол. Тут же на него сверху полетел здоровяк, пытавшийся ударить Ивена стулом. Быстро развернувшись, Ивен увидел ту женщину: она стояла перед ним, отряхивая рукава куртки. — Ну, кто-нибудь еще? — заорал Ивен на присутствующих. Но те, кто оставался на своих местах, покачали головами, опустили глаза и занялись своими напитками. — Вот и отлично, — сказал Ивен и повернулся к бармену. — Позови Ноэла Хэйдена, пусть он тут разберется с этими индюками и выкинет их в открытый космос в подштанниках… И узнайте, пожалуйста, что будет пить эта леди. Леди кивнула и, улыбнувшись ему, подошла к бару. Подняв два стула, на один села сама, на другой показала Ивену. Вот так он и познакомился с Мэлл Фонтеней. 3 Джосс, наконец, бросил на пол последний лист бумаги, потянулся и стал разминать пальцы. «Лучшее из того, что у меня было, — подумал он, — это моя учеба на курсах печатания…» Побарабанив пальцами по ручкам кресла, он сел поудобнее и задумался. Информации было очень уж много, и требовалось время, чтобы во всем этом разобраться. Пока ясно было одно: люди здесь начали пропадать еще раньше, чем думал Ноэл. По крайней мере, уже месяца четыре прошло, как некоторые корабли стали улетать, не возвращаясь домой. Происходило это в среднем раз в три дня, но бывало, что и через день. Введя все данные в компьютер, Джосс мог выяснить теперь детали и подробности, характерные для всех этих случаев вместе взятых. Он откинулся еще глубже в кресло и улыбнулся сам себе. Обычно дурные предчувствия возникали сначала у Ивена, а Джосс только посмеивался над ним, но, постепенно вникая в ситуацию, и сам он начинал понимать, что ситуация не такая уж веселая. Просто особенность у него была такая. Джосс имел склонность вести дела медленно, шаг за шагом, не отвлекаясь на эмоции и предчувствия, — по всем законам логики. «Человеку все время необходимо узнавать что-нибудь новое…» — закончив такой сентенцией свои размышления, Джосс встал и подошел к коммуникационному передатчику. — Уилланс! Это патрульный корабль CDZ-8064. Есть кто-нибудь дома? — спросил он, нажав на кнопку. — Конечно, мистер полицейский О'Баннион, дорогуша, — ответил знакомый веселый голос. — Мы ведь с вами, кажется, собирались выпить, не так ли? — О, черт! — Приятно слышать энтузиазм в ответе. — Извини, Сесил! Я тут разбирался в бумагах… — Джосс окинул взглядом пол кабины, и эти горы бумаги напомнили ему Транс-Монтану под Рождество. — А ты так поздно работаешь? Я-то думал, что ты ушла давным-давно. Ты что, никогда не спишь? — Жизнь слишком коротка, мистер полицейский О'Баннион, дорогуша, — отшутилась Сесил. — Мне еще несколько часов работать. Моя сменщица заболела. — Надеюсь, чем-нибудь незаразным? — Да нет, она отравилась каким-то венгерским блюдом в «Сатре». |
