Краем глаза заметив, как лицо хакера расплывается в довольной улыбке, а взгляд, полный гордости, медленно смещается в сторону Люси, Панкрат усмехнулся сам и вышел на балкончик, притворив за собой дверь.

Здесь было темно и свежо. С верхних этажей, где скорее всего располагался обычный для гостиниц такого типа дорогой ресторан, доносилась громкая ритмичная музыка. Наверное, играл вживую какой-нибудь коллектив. Слов было не разобрать: они растворялись в звуках клавишных и стуке драм-машины.

Панкрат курил, глядя вниз, на гостиничную стоянку, и старался не думать о завтрашнем дне. На самом деле он был скептически настроен в отношении затеи Кузьмы. К тому же ему было жаль парня, которого придется втянуть в «крутые разборки» со спецслужбами.

Впрочем, именно так эти ребята и зарабатывают себе на жизнь. Суя свой нос повсюду, где висят запрещающие знаки…

Когда Панкрат вышел на балкон, в номере установилась хрупкая тишина. Кузьма сидел неестественно прямо, постукивая костяшками пальцев по лакированной поверхности стола, в которой отражалось его худое лицо в больших роговых очках.

Время от времени он исподлобья посматривал на Люсю.

Со стороны это выглядело довольно-таки забавно: зрелый мужчина, боящийся взглянуть в лицо девчонке. Та же явно наслаждалась этим моментом, с независимым видом поглядывая на Кузьму и усмехаясь, когда тот поспешно отводил взгляд.

Потом она совершенно серьезно произнесла:

– Зря ты приехал. – И добавила:

– Мне жаль. Правда.

Но – зря.

На лице хакера появилась глуповатая улыбка.

– Почему? – спросил он, втайне надеясь, что ослышался:

– Я хотел помочь…

– Я знаю, – кивнула девушка. – Спасибо. Но…

Она замолчала, кусая губы.

Кузьма ждал, все так же постукивая по столу. Сейчас он больше всего был похож на механическую куклу, у которой вот-вот закончится завод.

– Понимаешь, – прошептала она наконец. – Я люблю его.

– Кого – его? – переспросил он каким-то чужим голосом.

Люся кивнула в сторону балконной двери.

– Его, – повторила со спокойной уверенностью. – Ты хороший парень, Кузьма…

Она опять замолчала. Потом вскинула голову и, словно бросаясь в прорубь, выпалила:

– Я сегодня перевязывала ему рану и поняла: без него – не смогу, – и, понизив голос чуть ли не до шепота, спросила:

– Ты понимаешь, о чем я?

Она посмотрела Кузьме в лицо с тревогой и надеждой.

– Извини, ладно?

Хакер тряхнул головой. Так, будто бы у него были длинные волосы и он отбрасывал с глаз непослушную прядь.

– Ничего, – севшим внезапно голосом ответил он. – Я просто хотел помочь. Отведу вас к своему другу – и больше не появлюсь. Обещаю тебе.

Люся совершенно по-детски шмыгнула носом и спрятала лицо в ладонях.

– Да и я такой же винтик, – вслух произнес он. – Только сечением побольше.

Джип выехал из гаража в заасфальтированный дворик, пересек его и миновал еще одну линию безопасности – рельсовые ворота, охраняемые на этот раз двумя секьюрити в серой форме без знаков различия. В Конторе не любили бросаться в глаза, если речь, разумеется, шла не об автомобилях.

Впрочем, и в этой области на выбор неплохо обеспеченных сотрудников в первую очередь влияли такие свойства машины, как надежность и солидность. Скорость и красота при этом отходили на второй план.

Один из охранников, хотя и знал все машины в отделе так же хорошо, как и их владельцев, подошел к джипу и, приложив руку к воображаемому козырьку, заглянул внутрь.