— Ты поосторожнее разговаривай по телефону. Его могут прослушивать.

— Ты что, не можешь это проверить?! — возмутилась Бруни. — А еще профессионал, называется! Я читала, что есть всякие приспособления!

— Могу, — кивнул он. — Но даже если я все проверю, это еще не гарантия, что через час или через день никто не подключится к линии. Так что лучше просто пока что не говорить по телефону ничего лишнего.

Этот совет Бруни вспомнила через неделю, когда раздался звонок и голос в трубке произнес:

— Госпожа баронесса? Надеюсь, вы помните меня…

Она узнала его сразу — тот самый таинственный друг Рене. Что делать?! А если телефон прослушивается?!

Нужно чтобы он перезвонил кому-то, у кого телефон в порядке — а она съездит и поговорит с ним там!

— …на прошлой неделе я был в восторге от ваших стеклянных цветов… — продолжал мужчина.

Кого же попросить? Иви? Она, конечно, пустит, но потом вопросами плешь проест да еще разболтает «по секрету» всем знакомым.

Решение пришло мгновенно: Гарольд — вот кто ей нужен! Он по утрам работает дома, и его всегда можно застать. Не откажет же он ей в пустяковой просьбе!

— …особенно мне понравились синие анютины глазки…

— Мне сейчас некогда, — перебила Бруни. — Перезвоните через полчаса по другому телефону…

Какой у него телефон?! Лихорадочно путаясь в страницах, начала листать ежедневник.

Ага, вот, нашелся! Продиктовала номер, повесила трубку и тут же схватила ее снова:

— Филипп, спускайся в гараж, нам нужно ехать! Срочно!

Успела она вовремя. Едва Гарольд открыл дверь, и они обменялись несколькими словами, как в глубине его квартиры раздался звонок.

— Это мне, мне звонят! — завопила Бруни, отпихнула хозяина и понеслась на звук.

Звонили и правда ей.

Разговор длился недолго, чувствовалось, что человек на другом конце провода тоже опасается прослушки. Бруни рассказала ему про частного детектива и слежку. Он ответил, что через пару недель все «станет на место» — имя Рене при этом не назвал, но ясно было, о чем идет речь.

Гарольд был весьма тактичен и вопросов задавать не стал, но Бруни сама чувствовала, что нужно как-то объясниться, поэтому рассказала полуправду: романтическую историю о подруге, которая ушла от жестокого мужа к красавцу-любовнику. О том, что эту подругу в настоящее время разыскивает не только муж, но и полиция всей Европы, предпочла умолчать.

А между тем, несмотря на историю со слежкой, жизнь шла своим чередом.

Пришло приглашение от Иви — она затевала бал-маскарад по случаю своего дня рождения.

Позвонила Эрика из «Светской жизни» — сказала, что через две недели будет в Мюнхене, и хотела бы встретиться. Бруни обрадованно согласилась: а вдруг про нее еще что-нибудь в журнале напечатают?!

Но главное, после долгого перерыва ее захватил очередной «творческий порыв». Возможно, секс и в самом деле стимулирует творческое начало в человеке, во всяком случае, через день после их с Филиппом «воссоединения» Бруни как магнитом потянуло в мастерскую — недоконченная лоза так и стояла перед глазами.

Предстояло самое интересное: сборка.

Полдня Бруни провела в мастерской, покрыв дюжину листов разноцветными закорючками и дугами, обозначающими, какая деталь куда должна идти. Затем опробовала в деле сварочный аппарат, приделав к стволику три листочка. Наконец — позвонила Филиппу, и когда тот явился в мастерскую, величественно повела рукой:

— Вот это все нужно отнести на третий этаж, в ту комнату, где голая белая стенка.