— Это ваш, не так ли?

Мария смотрела на нее, но пистолет не брала.

— Он похож на мой.

— Установлено, что он ваш. — Шарп снова протянула ей пистолет. — Посмотрите повнимательней.

Мария разглядывала пистолет, как чужой, незнакомый предмет.

— Бесполезно, — тихо сказала она. — Я не разбираюсь в оружии. И больше никогда не прикоснусь к пистолету, к этому или любому другому.

Марни Шарп помолчала. Неожиданно спросила:

— Раньше у вас никогда не было пистолета?

— Нет.

— А этот вы купили после того, как позвонил Марк Ренсом?

— Кажется, да.

— Я знаю, что да. — Шарп прошла к столу обвинения, положила пистолет, вернулась к Марии. — Как вы объясняли инспектору Монку, вы купили этот пистолет из-за того, что вам угрожали по телефону, верно?

Пэйджит насторожился. Шарп сразу начала с того, что было ложью в рассказе Марии. Он учил Марию: в этом и подобных случаях давать лаконичный ответ, чтобы не усугублять ложь.

— Верно.

— Сколько было звонков?

Мария задумалась:

— Два, я думаю.

— Вы думаете? Звонки так напугали вас, что вы купили пистолет, и вы не помните, сколько их было?

Мария скрестила руки на груди.

— Если это вопрос, ответ будет тот же самый: я думаю, было два звонка.

— Полагаю, вы помните, кто звонил — мужчина или женщина.

Мария кивнула:

— Мужчина.

Шарп уперла руки в бока.

— Тогда расскажите нам как можно подробнее, что говорил этот мужчина во время угрожающего звонка или угрожающих звонков.

Это было как раз то, чего боялся Пэйджит: Шарп задавала вопрос, требующий развернутого ответа. Теперь Мария должна была расцвечивать мнимый факт подробностями. Она выпрямилась на своем месте свидетеля.

— Подробностей я не помню. Он говорил что-то о наблюдении за моим домом. Поэтому я и купила пистолет.

Шарп посмотрела на нее со скептической улыбкой:

— Лауру Чейз он не упоминал?

Пэйджит привстал, собираясь протестовать против явной насмешки. Но Мария уже холодно ответила:

— Нет, не упоминал. И я почти уверена, что это был не Марк Ренсом.

И снова послышался шепот в зале, раздался кашель, похожий на замаскированный смех. Шарп остановилась, пристально глядя на Марию.

— А как вы думаете, это не был кто-нибудь из ваших знакомых?

— Нет.

— Но, если бы вы знали, что это был кто-то из ваших знакомых, вы, наверное, заявили бы об этом?

Мария задумалась.

— Полагаю, что да.

— Но о звонке вы не заявляли, так ведь?

— Нет.

— Но это должен был быть кто-то, кого вы знаете?

По взгляду Марии Пэйджит увидел, что она уже все поняла.

— Вы имеете в виду, — спокойно поинтересовалась Мария, — что моего номера нет в телефонном справочнике?

Шарп была удивлена. Мария предугадала ее вопрос и скрытую за ним ловушку.

— Да. И это в том числе.

Сочувственным тоном Мария ответила:

— Этого я тоже не могу объяснить.

Пэйджит готов был улыбнуться. Но сдержался, взглянув на судью Мастерс — ее глаза сузились, она, видимо, отметила про себя, что Мария умна.

Заметившая то же самое Терри шепнула:

— Лучше бы уж суд присяжных — там она бы проскочила.

Пэйджит отметил, что у Терри усталый вид.

— Вы правы, — прошептал он в ответ.

— Вы на самом деле, — спрашивала Шарп Марию, — никому не говорили о звонках?

— Нет.