|
– Поправка. – Голос герцога был не менее усталым и измученным, чем у графа Тарана. – Мы чуть не проиграли. Игра ещё не окончена, отбито лишь первое нападение. Потерян приют. Однако три основных фигуранта живы. По крайней мере, пока. Где они сейчас, Таран?
– Неподалеку от площади Умельцев, в доме мадам Эрмины Хайлер. Филёры доложили, что во дворе валяются трупы наёмников, а мальчишки собираются покинуть дом и направиться в Старую гавань.
– Уже что-то. – Конрад Четвёртый невесело усмехнулся и спросил Штенгеля: – Капитан, вы напрямую общались с этими волчатами, как они поступят?
– Ваша светлость, поступки этих, как вы верно заметили, волчат мне предугадывать до сих пор не удавалось. Но моё мнение таково: они, несомненно, станут мстить своим врагам. Разумеется, если будут знать, кто они.
– Ваши рекомендации?
– Открыть мальчишкам наш интерес, не углубляясь в подробности. И если получится договориться с ними и заинтересовать, необходимо выделить им опытных инструкторов и форсировать повышение их воинского мастерства.
– Хорошо, полковник.
– Прошу прощения, ваша светлость, но я только капитан, – заметил Штенгель.
– Не спорьте со своим повелителем, виконт. Если я сказал, что вы полковник, значит, так оно и есть.
– Служу герцогу! – выкрикнул Штенгель, вскакивая с кресла.
– Вольно. – Герцог устало махнул рукой. – Кроме того, с этого момента вы заместитель графа Тарана.
Начальник Тайной стражи скривился, так как считал, что заместитель ему не нужен, а герцог продолжил:
– Старший сыщик-наблюдатель Корн.
– Я, ваша светлость. – Теперь с места вскочил филёр.
– Отныне вы капитан и маркиз.
– Служу герцогу!
– Продолжим. – Конрад Четвёртый продрог и хотел покончить с делами поскорей. – Достопочтенный Хайнтли Дортрас, хотелось бы узнать ваше мнение.
– Поддержу полковника Штенгеля. Во время подавления мятежников он засветился, и прятаться за личностью вора Лысого смысла теперь нет. Поэтому сегодня же полковник отправится по всей форме в Старую гавань и решит дело с мальчишками на месте.
– Да будет так, – подтвердил слова жреца правитель Штангорда и спросил: – А что делать с рахами?
– Что они с нами делать будут, а не мы с ними, вот вопрос, – пробурчал глава Тайной стражи. – Война неизбежна. И как только степь просохнет, они первыми атакуют нас.
– Штенгель, – герцог повернулся к новоиспечённому полковнику, – в подготовке мальчишек исходите из того факта, что времени осталось полгода. Даже если мы не устоим и будем уничтожены, как говорил посланец богов моему отцу, я хочу, чтобы они отомстили не только за свой народ, но и за наш.
– Будет сделано, ваша светлость! – отозвался Штенгель.
– Достопочтенный, – вновь обратился герцог к жрецу, – в связи с надвигающейся войной против рахов мы можем рассчитывать на помощь жрецов?
– Несомненно. – Голос жреца звучал твёрдо. – Рахи первыми употребили силы своего бога против людей, и мы отреагируем на это. К сожалению, должен признать, что мощь противника велика. Поэтому мы не сможем атаковать, но нашу оборону они не проломят, и нам есть чем удивить врагов.
Молодой герцог, который до недавнего времени и не помышлял о том, что так скоро сменит на троне отца, встал. Он ещё раз оглядел всех собравшихся в святилище и промолвил:
– На этом всё, господа, расходимся. |