— На словах. А на деле — крыса почище Арипова.

— Я знаю, что Пакистан подбирал ключи к Арипову, но с Рахимовым у них вроде бы не сладилось, — вставил свое слово Костин.

— Ты думаешь? — усмехнулся Верьясов. — Я бы вам раскрыл кое-какие секреты, но не стану трепаться в присутствии журналистов. — Он покосился на Ксению и Ташковского.

Ташковский обиженно поджал губы:

— Я — писатель, а не журналист.

— Главное, вы что-то пописываете, и мне не важно, как вы себя при этом называете. — Верьясов одарил его презрительным взглядом. — И пописываете вы брехливо, на потребу дня…

— Пописывают, сударь мой, в унитаз! — Глаза Ксении гневно сверкнули. Она сжала кулаки и встала рядом с Максимом. — Выбирайте выражения, господин Верьясов, когда имеете дело с журналистами За нами тоже не заржавеет!

— Это точно! Не заржавеет! — неожиданно рассмеялся Верьясов и показал на камень рядом с собой. — Присаживайтесь, сударыня! Только не испепелите меня своими глазками! Они у вас слишком красивы, чтобы выступать в роли огнемета.

Ксения послушно опустилась на камень, а Верьясов хлопнул Максима по плечу и примиряюще сказал:

— Ладно, не кипятись! Допустим, журналисты очень хорошо сработали и нащупали что-то, отчего могут полететь головы многих крупных чиновников. Почему бы им не помочь подкрепить догадки фактами и не предоставить полный расклад по этому вонючему делу? С моей точки зрения, конечно? Вернее, с нашей общей с Юрием Ивановичем точки зрения? Я ведь не ошибаюсь, полковник, вы занимались тем же, чем и я?

— Как сказать, — посмотрел на него угрюмо Костин, — но я бы предпочел не распинаться перед журналистами.

— Вот видите, — развел руками Верьясов и улыбнулся Ксении. — Художника может обидеть каждый… Но я нарисую картину лишь в общих чертах и, если вы вздумаете сослаться на меня, откажусь от каждого слова, да еще и обвиню вас в клевете. Скажем, сейчас я разговариваю с Богушем, а вы здесь случайно оказались, — он весело подмигнул Ксении, — и все подслушали. Ну вот. Предположим, жила-поживала да добра наживала одна российская компания. Инвестировала кучу денег в Баджустан и уже приготовилась стричь купоны, а тут, на тебе, очнулись их заокеанские конкуренты и начали заигрывать с Ариповым на предмет экспроприации им имущества этой компании. Впоследствии они предполагали выкупить его у Арипова по бросовым ценам, но в обмен на финансовую и военную поддержку. Но первым условием было избавиться от присутствия военной базы.

— Вы имеете в виду имущество компании «Русский никель»? — уточнила Ксения.

— Может быть, — ответил Верьясов. — Но я этого не говорил. Знаю только, что хозяева компании пришли в бешенство. Они бы потеряли более двадцати пяти миллиардов долларов. Поэтому за г-о-о-раздо меньшие деньги купили Садыкова, тот провернул операцию с Рахимовым и прочее, прочее, прочее… На первой стадии сделали ставку на Рахимова — у него свои счеты с Ариповым. Но у Рахимова не было денег на закупку оружия. Пришлось и в этом вопросе пойти ему навстречу. Естественно, переступили кое-какие законы при сделке. Но Садыков и Катаев зарвались. Они были всего лишь посредниками, но урвали слишком большой куш. Если бы эти шакалы имели дело с государством, все прошло бы незаметно. Но в компании умеют считать деньги, и подобные шалости нашим друзьям не простили. Вы уже знаете, чем это закончилось для Садыкова и Катаева. Печально закончилось.

— И ты спокойно наблюдал за этим свинством со стороны? — возмутился Максим. — Не знал, Сергей, что это в твоих правилах.