– Не получат, – вступил в разговор я. – Если мы говорим про равную оплату труда.

– Это почему же? – удивился Плеханов.

– Потому, что капиталисту невыгодно будет платить такие же деньги мужчинам и женщинам, которые даже при всем прогрессе в плане ухода за ребенком, будут больше отсутствовать на работе. Роды, вскармливание, детские болезни… Многое возьмет на себя школа, но не все.

– Значит, не верите вы, князь, в социальную революцию? – остро посмотрел на меня Плеханов.

– Я поклонник взглядов господина Дарвина. Верю в эволюцию. Потом, вы сильно заблуждаетесь насчет капиталистов, выставляя их исчадиями ада. Поверьте, они способны меняться. Посмотрите на меня! Перед вами сидит настоящий матерый капиталист. У меня уже под сотню наемных сотрудников в России, миллионные обороты. Я не только, как вы пишете в своих книжках, отнимаю прибавочную стоимость, но и часть возвращаю обратно. Оплачиваю обучение и отпуск, выдаю пособия заболевшим. Заработная плата у меня выше рыночной!

– Да, да, – буркнул Георгий Валентинович. – Морозовы, Рябушинские даже больницы при своих предприятиях строят. Но это исключение.

– Которое рано или поздно станет правилом. Особенно если вмешается государство.

– А почему бы ему вмешиваться? Романовы и сами крупнейшие российские эксплуататоры.

– Вы тогда на что? – развел руками я. – На то и кошка в доме, чтобы мыши в пляс не шли.

Агнесс заулыбалась, достала записную книжку, карандаш. Супруга старалась фиксировать себе все неизвестные пословицы и поговорки.

– Потом вы отрицаете технический прогресс, – Плеханова надо было «добить».

– Я?!

– Да, вы, идеологи левого движения, социальной революции. Посмотрите как бурно развиваются все отрасли связанные с электричеством, двигателем внутреннего сгорания. Я вам скажу страшную вещь. В будущем в экономически развитых странах не будет той огромной прослойки пролетариата и крестьянства, которые вы наблюдаете сейчас. Автоматизация производства вытеснит ваших рабочих в сферу обслуживания. Структура классового общества поменяется. Улавливаете? Те сильные противоречия, что наблюдаются сейчас, исчезнут или сгладятся. Ну, или их специально сгладят налоговой политикой и социальными льготами для наименее обеспеченных. Выгоднее платить бедным пособия, чтобы они не голодали и не бунтовали. Скоро «романовы» это поймут. Или исчезнут с шахматной доски истории.

– Вы прямо, как пророк вещаете, Евгений Александрович! – усмехнулся Георгий Валентинович. – Боюсь, Романовы ничего не поймут!

– Тогда все это осознают те, кто придет им на смену. Поймите! Бесклассовое общество всеобщего равенства противоречит нашей природе. Вы же читали труды господина Дарвина?

– Там ни слова про людей!

– Да, но экстраполировать его выводы на нас совсем не трудно. Дети не рождаются «табула раса» – чистая доска, на котором правильно устроенное общество напишет через воспитание «правильного» человека. Как вы любите выражаться – пламенного коммуниста.

– Мы так не говорили.

– Пусть. Дети рождаются, может быть, не с такими механистическими инстинктами, как у животных, но явно с врожденными предрасположенностями. Агрессией, половым поведением… Мужчинам свойственно собираться в иерархии. Женщины обращают больше внимания на лидеров, часто отдают им свое сердце…

Я подмигнул Агнесс.

– Таким образом, и у людей тоже движется половой отбор – в долгосрочной перспективе лучше всего размножаются и выживают наиболее приспособленные.