В какой-то момент, «оранжевый человек» оперся рукой на дверцу клетки и та… открылась! Наверняка сторож накосячил.

Рядом с нами охнула какая-то дама, загомонили остальные посетители, как-то очень слаженно подавшись назад. И вдруг вперед начала пробиваться молодая женщина с криком «Лора!!!». А вон искомая девочка, лет восьми – типичная русоволосая швейцарская медхен с двумя косичками. Стоит одна возле ограждения вольера, заворожённая происходящим. Вперед выскочил какой-то грузный мужик, быстренько, не раздумывая, поднял с земли камень, и бросил в примата. Это он напрасно. Надо бы дождаться служителя, придет профессионал, и всё сделает по уму. А так только дополнительную агрессию вызвать можно.

Собственно, мужик ее сразу и получил. «Оранжевый человек» набросился на посетителя, легко сбил того с ног. Но продолжать не стал, отошел в сторону. Агнесс сильно сжала мне руку, потянула прочь.

– Пожалуйста! Умоляю, не вмешивайся.

– Там ребенок!

Лора продолжала стоять, застыв соляным столбом возле клетки. Шум толпы усилился. Рядом бьется в истерике мать Лоры, которую схватило сразу несколько женщин, с другой стороны стонет пострадавший защитник, а все остальные кричат «Полиция, полиция!». Но не уходят. Не только русские собираются вокруг сапера, чтобы узнать, рванет, или нет. Тем более орангутан немного успокоился, легко забрался на клетку.

Лора мелкими шажками начала двигаться к нам, не сводя взгляд с примата. Ох, сейчас ему достанется. Сбитого мужика уже утащили прочь, наконец, мать схватила ребенка, спряталась в толпу. Только в этот момент Лора все осознала и начала реветь во все горло. Орангутан, которого судя по табличке у вольера, звали Густав – приподнялся, уставился на нас. Сейчас бросится. Или нет?

Я, сбросив с себя руку Агнесс, без тени сомнения вышел вперед.

Глава 21

САНКТЪ-ПЕТЕРБУРГЪ. Изобрѣтены проволочныя шины упругiя, не разбрасывающiя грязи и дешевыя. Изобрѣтатель получилъ привилегiю и образовалась компанiя для эксплоатацiи изобрѣтенiя. На московскихъ улицахъ появились трехколесныя повозки велосипеды для перевозки товаровъ.

РИМЪ. На международный конгресъ врачей въ Москвѣ ѣдетъ болѣе сорока врачей изъ одного Рима. Въ общемъ Италiя посылаетъ около 500 человѣкъ.

Как вышел, так и остановился. Кто в гости без подарков ходит? Только законченные жлобы. Если своего ничего нет, придется воспользоваться чужим. Совсем рядом, в паре шагов, стоит брошенная тележка с яблоками. Кто-то хотел сделать небольшой гешефт, но временно самоустранился. Даже товар на газоне валяется. Если что, я потом заплачу за самовольное изъятие. Надеюсь, в полицию за это не потащат.

Поднял яблоко, а следом за ним еще два. Запас карман не тянет. И пошел к Густаву. Орангутан, кстати, никуда не делся, сидит и наблюдает за окрестностями. Взгляд не фиксирует ни на чем, зубы не скалит, не шипит. Короче, признаков агрессии вроде не проявляет. Неужели он наружу вылез только потому, что в клетке скучно стало? Я к обезьянам отношусь не очень хорошо, особенно к мелким наглым тварям, обильно присутствовавшим на всех азиатских курортах, но этот выглядит поумнее вроде. Даже бы сказал, «почеловечнее».

– Ну вот, дружище, мы и встретились, – вполголоса обратился я к нему.

Говорю на русском, потому что вряд ли примату понятна человеческая речь, а мне удобнее. Иду медленно, в глаза ему не смотрю, яблоко перед собой выставил, чтобы понятно было: это тебе, товарищ.

– Ты только не переживай, всё хорошо будет. Сейчас перекусим, время-то уже обеденное.

Толпа сзади чуть потише стала.