— Скажем, если догадались вы нам плату принести!

Из кучки малышей раздался выкрик:

— Мы, похищенные детки, любим косточки глодать.

— Одного из двух согласны мы свободно пропускать, — закончил другой голос.

Несколько малюток взялись за ножи, висевшие на шеях.

Солтмерик вдруг вспотел. Миссис Фленсинг ни словом не обмолвилась о том, что эти существа берут оплату за проход, и тем более о том, что они потребуют кости одного из путников!

Он всмотрелся в морщинистые лица, и на мгновение ему показалось, что перед ним действительно дети — с запавшими глазами, провалившимися щеками, но все не старше десяти лет. Он моргнул, и перед ним опять оказались потрепанные старые карлики.

Бронте, несомненно, посетило то же самое видение. Он отступил на шаг и поднес ко рту сжатый кулак.

— Те самые дети, которые пропадали по ночам, — прошептал он. — Их тела так и не нашли.

У Солтмерика зазвенело в ушах, и он пристальнее вгляделся в опять постаревшие маленькие фигурки. Это ведь, подумал он, самая сердцевина того вихря, о котором твердили миссис Фленсинг и Фарфлис!

Он выдернул из нагрудного кармана рубашки пальцы миссис Фленсинг — и почувствовал, что, когда он задел ими очки, оправа мелко задрожала, и это было, как беззвучный вопль. Но он выставил перед собой руку, в которой держал две черных палочки.

— Пальцы вервольфа, — мрачно заявил он.

— Ах! — хором выдохнули несколько малышей, и одна из них, одетая в обрывки платья, вышла вперед и робко потянулась к пальцам.

— Их два! — сказала она. — Корни сегодня не получат крови, увы. Но за эти священные кости мы позволим вам пройти.

Однако многие из коротышек все еще держались за ножи.

— Держи, — сказал Солтмерик и кинул один палец той, что последней заговорила с ним. — Второй дам, когда покажете нам выход на Понден-кирк.

Низкорослый народец, вскипев от возбуждения, повел Солтмерика и Бронте вокруг ствола дуба. От дурного воздуха у него закружилась голова, и временами ему казалось, что и он, и старый священник лишь поднимают и опускают ноги, стоя на месте, а гигантское дерево вращается само собой.

В конце концов мелкие провожатые остановились перед одной из арок на другой стороне дерева. Заглянув туда, Солтмерик рассмотрел связку соломы на прямоугольном отесанном камне и в паре ярдов от нее грубо сложенную каменную же стену с дверным проемом, сквозь который виднелось серое небо. Когда он шагнул в арку, в лицо ударил холодный ветер.

Он бросил второй палец своему эскорту, и старые малыши тут же начали ссориться из-за него.

Патрик Бронте уже прошел под аркой и торопился к проему без двери. Солтмерик заколебался: с одной стороны, он вроде как выполнил обещание, данное старику. С другой стороны, он был уверен, что, вернувшись назад, не выйдет к Боггартс-грин… зато может повстречать на темном пути призрак миссис Фленсинг, поджидающий его.

И оказалось, что он просто лишен возможности оставить старика Бронте наедине с тем, что ожидало его за этой стеной.

Он выругался и шагнул вперед, под холодный ветер.

Он стоял в низенькой комнатушке с грубо сложенными каменными стенами и протекающей соломенной крышей. Сноп соломы, стоявший в стороне, шевелился — несомненно, от ветра. Через проем в стене Солтмерик видел Бронте, который поспешно шел под дождем к поросшему мелким кустарником краю обрыва.

— Подождите! — крикнул Солтмерик и поспешил через тот же проем наружу, в кочковатую лощину с камнями, валявшимися на размокшей глине, под темно-серое небо. Бронте приостановился, и Солтмерик оглянулся назад. Они попали сюда через какую-то старинную, вероятно, еще доримскую постройку.