— Отлично. Открой люк, Сибэтти, — распорядился Вайленд.

Более мощный из двух парней наклонился, отдраил и поднял крышку люка.

Я уставился на узкий стальной цилиндр, который вел к стальной кабине под батискафом, и сказал Вайленду:

— Полагаю, вы знаете о необходимости заполнить эту входную камеру водой, когда отправитесь искать сокровища Черной Бороды?

— Это что еще за новости? — Он пристально, с подозрением посмотрел на меня. — Зачем это?

— Вы что, собирались оставить ее незаполненной водой? — недоверчиво спросил я. — Но входная камера обычно заполняется водой, как только начинаешь погружение. И это на поверхности, а не на глубине в сто тридцать футов, на которой мы сейчас находимся. Конечно, она выглядит прочной, возможно, даже выдержит давление и на вдвое большей глубине, я этого не знаю. Но знаю, что для плавучести она окружена баками с бензином, в которых около восьми тысяч галлонов бензина, и внизу эти баки выходят в море. Давление в этих баках точно соответствует давлению воды, поэтому они изготовлены из тонкого металла. Но если внутри входной камеры будет воздух, на ее стенки извне будет оказываться давление по меньшей мере в двести фунтов на квадратный дюйм. Такого давления камера не выдержит. Ее стенки продавятся, бензин вытечет, положительная плавучесть исчезнет, и вы останетесь на глубине четырехсот восьмидесяти футов. Навсегда.

Из-за царившего мрака трудно сказать что-либо определенно, но я мог поклясться, что Вайленд сильно побледнел.

— Брайсон не сказал мне об этом, — дрожащим голосом прошептал он.

— Брайсон? Это ваш друг-инженер? — Вайленд не ответил, и я продолжил:

— Думаю, он и не сказал бы. Ведь он не был вашим другом, Вайленд, не так ли? Он работал под дулом пистолета и знал, что кто-нибудь нажмет на курок, когда в нем перестанут нуждаться. Так на черта ему было говорить вам об этом? — Я отвернулся и поправил висевший на плече мегометр. — Я пойду вниз один. Чье-либо присутствие будет только нервировать меня.

— Ты надеешься, что я отпущу тебя одного? — холодно спросил Вайленд.

— Чтобы ты надул меня?

— Не глупите, — устало отмахнулся я. — Я могу встать перед электрическим распределительным щитком или предохранительной коробкой и сделать так, что этот батискаф больше никогда не двинется с места, и никто из ваших друзей ничего не заметит. В моих же собственных интересах заставить этот аппарат работать, и как можно быстрее. Чем быстрее, тем лучше для меня, — я посмотрел на часы. — Без двадцати одиннадцать. Чтобы найти неисправность, мне потребуется по меньшей мере три часа. В два я сделаю перерыв. Постучу в люк, и вы выпустите меня.

— В этом нет необходимости, — Вайленда явно не радовало мое предложение, но он не мог сказать, что я обманываю его, и не мог отказаться от моих услуг. — Внутри кабины установлен микрофон, а приемная аппаратура в помещении наверху. В кабине есть кнопка вызова. Дай знать, когда закончишь.

Я кивнул и начал спускаться по ступенькам, приваренным к стенке цилиндра. Отдраил верхний люк входной камеры батискафа и протиснулся через него — нижняя часть цилиндра, охватывавшая верх входной камеры, была шире лишь на несколько дюймов и не позволяла открыть люк полностью, — нащупал ступеньки, захлопнул и задраил люк и начал пробираться к находившейся под камерой кабине. Последние несколько футов пришлось пробираться под острым углом. Я открыл тяжелую стальную дверь кабины, протиснулся через узкий проход и задраил за собой дверь.

В кабине ничего не изменилось. Она была просторней, чем на более ранних батискафах этой серии, и слегка овальной, а не круглой, но потеря в конструктивной прочности с лихвой компенсировалась большей свободой действий в кабине.