– Интересная штуковина, – сказал я.

    – И я думаю, что интересная.– Он протянул руки, и я швырнул ему предмет обратно.– Мне её оставили два путешественника.

    Я тогда промолчал и не высказал своих предположений…

    Когда Камчак доел свежеподжаренное мясо и допил молоко, он встряхнул головой и потер нос.

    – Тенчики и Дины больше нет, – сказал он Элизабет. – Ты можешь снова спать здесь в фургоне.

    Элизабет посмотрела на него с благодарностью.

    На земле спать было, конечно, жестковато.

    – Спасибо,– сказала она.

    – Я думала, что он твой хозяин,– сказала Африз, кивнув на меня.

    – Нет, Камчак.

    Я теперь понял, почему в фургонах частенько случались ссоры, если в нем находилась более чем одна девушка. Впрочем, Тенчика и Дина не очень много ругались. Может быть, это было потому, что сердце Тенчики находилось в фургоне кассара Альбрехта?

    – А кто были Тенчика и Дина? – спросила Африз.

    – Рабыни, тарианские девки,– сказал Камчак.

    – Их продали, – проинформировала Африз Элизабет.

    – Может, и меня продадут?.. – тихо вздохнула тарианка.

    – Может быть, за тебя дадут высокую цену,– сказала Элизабет.

    – Ну безусловно большую, чем за тебя,– ответила Африз.

    – Не тебе решать, маленькая Африз,– сказал Камчак, – так что можешь не строить планов… Вдруг я передам тебя в публичный фургон рабов?

    – С надеждой жду этого дня,– сказала она.

    – С другой стороны,– сказал Камчак, – я могу накормить тобой каийлу.

    Тарианская девушка вздрогнула и опустила голову.

    – Я не думаю, что ты для чего-нибудь годна, – сказал Камчак, – кроме как для каийлы.

    Африз гневно посмотрела на нее. Элизабет рассмеялась и захлопала в ладоши.

    – А ты,– сказал Камчак, тыкая пальцем в Элизабет,– глупая маленькая варварка. Ты даже не умеешь танцевать.

    Сконфуженная Элизабет тут же потупила взгляд.

    То, что Камчак сказал, было правдой.

    Голос Африз был тих и спокоен.

    – Я тоже не могу,– сказала она.

    – Что? – вскинулся Камчак.

    – Я никогда не училась,– пояснила Африз.

    – Каийлий корм! – заорал Камчак.

    – Мне жаль,– сказала Африз немного раздраженно. – Я никогда не собиралась становиться рабыней.

    – Все равно придется научиться! – закричал Камчак.

    – У меня ничего не получится.

    – Это будет стоить денег,– проворчал Камчак,– но ты научишься. Я заставлю тебя научиться.

    Африз фыркнула и отвернулась.

    Элизабет посмотрела на меня, затем повернулась к Камчаку и, к моему удивлению, спросила:

    – А меня тоже можно научить?

    – Зачем?

    Элизабет вспыхнула.