Здесь Элин не являлся его учеником, и жадного до знаний, но относительно безобидного парнишку тоже напоминал слабо. Крепкий и поджарый, обладающий огромной силой и неизмеримым потенциалом, перерождённый уже был тем, кого можно и нужно опасаться. Потому Бельфи и относился к нему соответствующе, сканируя юношу холодными голубыми глазами.

Несколько иначе всё оказалось с Соракой Игнис. Женщина, казалось, вообще ничего не слышала о способностях Элина, так как смотрела на него открыто и по-доброму, на что тот же Кацелиан оказался неспособен. Он поглядывал на парня практически так же, как Вардок Сонитус: с заинтересованностью и лёгкой опаской.

– Итак, все в сборе. Причина нашего сегодняшнего собрания – этот юноша, за каких-то два месяца успевший натворить много всего. Для того чтобы освежить вашу память, я напомню, какие именно проступки приписываются Элину Нойр. – Бельфи не тянул резину, форсировав события и с ходу взяв быка за рога. – Он открыл в себе геном, одаряющий владельца ментальными способностями. Обнаружил членов культа тернового венка и, не ставя никого в известность, начал единолично бороться с этой организацией, попутно расширяя багаж своих знаний и умений. В конечном итоге он осознал свою неспособность справиться с врагом в одиночку и поднял в Китеже шум, после чего один отправился за стены в надежде отыскать что-то полезное для себя в схроне культистов. Я ничего не упустил?

– Также я сделал всё для того, чтобы информация о мане не оказалась в руках у одного-единственного клана, – скромно добавил анимус, приковав к себе взгляды собравшихся. – Я был всерьёз заинтересован в усилении всего Китежа, а не в появлении ещё одного повода для межклановых распрей.

– Для того, кто родился в нашем городе, это более чем обоснованное желание. – Взяв слово, Вардок медленно кивнул. Пожалуй, среди всех собравшихся он выделялся сильнее всего: лысый и облачённый в одежды мастера-целителя, глава клана Сонитус казался чужим на этом празднике жизни. – Но почему-то мне кажется, что оно вызвано не одним лишь патриотизмом. Меня, честно говоря, впечатлил перечень ваших достижений, и я не хочу верить в то, что вы, Элин, действовали просто из какой-то своей прихоти.

Гайо Бельфи нахмурился.

– С вашего позволения, Сонитус, но это не достижения. Проступки, ошибки, преступления… Что угодно, но не достижения. – Прима-протектор был неуклонен в желании продемонстрировать свою неприязнь к злостному нарушителю.

– Вы ошибаетесь, Бельфи. – Удивительно, но целитель не уступил. Даже наоборот, весь подобрался, приготовившись отстаивать свою точку зрения в словесной баталии. – Единственное, в чём Элин действительно ошибся, это в переоценке собственных способностей. Но едва он узнал об истинном костяке культа, как все мы получили соответствующую информацию, пусть и в несколько своеобразном виде…

– Ментальные техники под запретом, Сонитус, и этому закону уже не один век…

– Если следовать букве закона, то да, Элин Нойр действительно оступился, – не стал спорить Вардок. – Но здесь, в Китеже, мы обращаем внимание и на его дух. Запрещать талантливому юноше пользоваться его собственным геномом – это всё равно что нам всем запретить пользоваться левой ногой. Согласитесь, в таком виде претензии звучат невероятно глупо.

Перерождённый смотрел на происходящее не столько с интересом, сколько с изумлением. Он и подумать не мог, что Вардок Сонитус первым выступит в его защиту, и более того, начнёт препираться с авторитетом всея Китежа, Гайо Бельфи. Одним этим поступком глава Сонитус уже заслужил благодарность Элина, что, несомненно, многого стоило.