Законы, они ведь пишутся для слабых, в то время как сильные могут временами (очень частыми временами) их игнорировать. А уж в том, что у великих кланов остались какие-то знания о ментале, не было ничего удивительного. Это ведь не практика запретных искусств, в конце концов.

– Не стоит относиться ко мне как к неразумному подростку, глава Мурум. Хотя бы из-за того опыта, который я перенял у культистов.

Кацелиан медленно опустил и поднял веки, изобразив таким образом согласие, после чего слово перешло к Гайо Бельфи. Несмотря на то что за жалкую четверть часа они уже обсудили столь многое, рассмотрение деталей грозило отнять ещё не один час. Не зря Элин сказал Алексии, что сегодня он может не вернуться вовсе. Тем более что после совета его ждало какое-то дело Вардока, суть которого перерождённый, похоже, уже раскусил…

Глава 26

– Ты умный юноша, Элин. А умные люди быстро понимают, каков мир на самом деле.

Перерождённый погрузился в карету следом за Вардоком, устроился напротив целителя и приготовился слушать. Мужчина коснулся поверхности выпирающего из двери огранённого кристалла, и транспорт изолировался от окружающего мира настолько, насколько это было возможно.

– Что тебе известно о теневом Китеже?

– Немногое. Что-то я узнал от культистов, что-то раскопал сам, но полноценным это знание назвать нельзя.

До теневого Китежа у Элина банально не дошли руки.

– Что ж, это лучше, чем ничего. – Вардок невесело усмехнулся. – Как ты отреагируешь, если я скажу тебе, что теневой Китеж – это монолитная организация, у которой есть свой лидер?

– Приму эту информацию к сведению. – Парень пожал плечами. Он уже начал о чём-то догадываться, исходя из слов и тона собеседника, но пока не был готов эти догадки обнародовать.

– Осторожный в словах и заглядывающий на несколько шагов вперёд? – Сонитус обронил принадлежащую одному из легендарных анимусов прошлого фразу, которой было принято характеризовать по-настоящему дальновидных и осторожных людей. – Со мной ты можешь говорить открыто, Элин.

Хотя бы потому, что лидер теневого Китежа – это я, и с сего момента тебе об этом известно. Солидный рычаг давления на главу великого клана, не находишь? – Солидный. – Перерождённый прищурился. – Но и опасный для того, кто им владеет. Такого человека проще использовать и убить, чтобы более он не представлял угрозы.

– Или вести с этим человеком дела, где гарантом честности будет такой взаимный рычаг. В моих руках – судьба Нойр, в твоих – репутация Сонитус.

Небрежным жестом Вардок выудил из сокрытой в дверях полости полную сигар коробочку, из которой тут же достал одну, прикурив от вспыхнувшего на кончике пальца огонька. Элин, в свою очередь, нарочито-неспешным движением распахнул небольшое окошко кареты, впустив в салон свежий воздух. – Я бы не пошёл на такие меры, если бы не нужда, Элин. Одна моя знакомая больна, и теперь я подозреваю, что эта болезнь по твоей части. Но начав работать с её разумом, ты в любом случае узнал бы о том, кто я есть.

– А отказ, как я понимаю, вы за ответ считать не собирались?

– Любишь ли ты свою спутницу, Элин? Предполагаю, что да. – Мужчина усмехнулся и приподнял руки, как бы предлагая собеседнику успокоиться. От чуткого восприятия мастера-целителя не могли ускользнуть даже столь незначительные – вернее сказать, подавляемые – колебания анимы. – Это не угроза. Всего лишь пример, чтобы ты мог меня понять. На что бы ты пошёл ради неё, Элин? Поступился бы своими принципами? Поставил бы дело всей своей жизни под угрозу?

– На первый вопрос – да.