И именно в этот момент мужчина, шарящий за пазухой, резко переменился в лице, вскочил со своего места и ринулся к выходу, витиевато обругав попавшегося под руку пьяницу, умудрившегося надраться даже там, куда пьяных не пускают, а алкоголь не продают в принципе. В свою очередь Элин выждал пару секунд, потратив это время на перевод обеспечивающих незаметность техник в активный режим, и бросился вслед за целью, ощущая, сколь стремительно тот движется.

Посредник культистов не был обычным человеком, но и анимусом его можно было назвать лишь с большой натяжкой. Всё-таки железный ранг – это несерьёзно. Единственным весомым плюсом перерождённый считал разве что возможность полноценно пользоваться артефактами, для бесталанных не предназначенными, но при том не требующими больших сил извне.

К таким относилось как подавляющее большинство особых инструментов, так и сенсоры вроде того, что находился сейчас в руках у беглеца.

На скорости преодолев несколько поворотов, Элин практически вылетел на улицу, сбив с ног не заметившего ничего подозрительного охранника. И пока тот пытался понять, что именно произошло, анимус уже был очень и очень далеко. Посредник двигался на удивление быстро, будто действительно спасался от погони.

Вот только Элин был уверен в том, что раскрыть его не смог бы даже анимус платинового ранга, ведь повода целенаправленно разбрасываться сложными сенсорными техниками он не давал, а возможности артефакта совершенно точно не могли указать на его присутствие. Если только…

Ни на йоту не сбавив темп, Элин подавил в себе ментальные способности, отключившись от внешнего мира. Посредник всё так же был для него как на ладони, так как вибрационная чувствительность вместе с классическим восприятием гарантировали, что тот никуда не скроется, и пропало лишь ментальное давление.

Выводы, сделанные Элином, были предельно просты: если не существует способа обнаружить привычные всем методы слежки, то однозначно сказать об этом по отношению к менталу было нельзя. Посредник переполошился ровно в тот момент, когда в его руки попал артефакт сенсорной направленности, и назвать это совпадением Элин не мог. Ведь кроме него за мужчиной никто не следил, уж в этом-то перерождённый был уверен на все сто процентов.

А спустя две с половиной минуты посредник остановился, укрывшись в одном из тёмных переулков меж домов. И состояние его было удручающим: очевидно, к подобному марафону он оказался совершеннейшим образом не готов, и скорость за гранью доступной обычному человеку грозила вот-вот взять положенную плату.

К тому моменту, когда Элин своими глазами увидел посредника, тот уже сидел на земле, спиной опираясь на каменную стену, и пытался влить в себя третий, судя по паре уже пустых склянок, поддерживающий алхимический состав. Такие попытки справиться с отдачей среди слабосилков редкостью не были, но дьявол кроется в деталях. Каждая бутылочка того, что вот так просто тратил этот неприметный мужчина, стоила гораздо больше, чем анимус низшего ранга мог заработать за полгода.

– Кх-х… – С едва сдерживаемыми хрипами посредник поднялся на ноги и, мазнув взглядом по скрывающемуся Элину, бросил взгляд на свой артефакт, небольшую сферу с инкрустированным блеклым красным камнем. – С-сука… Столько бабла… Хон! Эй, Хон, твою мать!

Последовавшие за руганью крики были обращены к человеку, который, вероятно, должен был находиться за той дверью, в которую отчаянно ломился посредник. Элин прекрасно видел, что его объект был вне себя от ужаса, и понимал, что, похоже, встречу с Ирен придётся отменить. Как финальный штрих, Элин сбросил всякие ограничения и прикоснулся к поверхностным мыслям посредника…

И кристалл артефакта в его руках вспыхнул, вынудив мужчину прибегнуть к крайним мерам.