— Разве что из старых был, — с сомнением ответил Постников.

— Обрывок старым не кажется.

— Я про сам артефакт. Те, что делали волхвы, были совместимы только с кожей или веревками. Металл их сбивал.

— Здесь столько металла рядом, что удивительно, что артефакт сработал.

— Он, похоже, выше висел, — заметил Постников. — При самой шее, с металлом не взаимодействовал.

Я хотел сказать, что наводка все равно должна была идти, но вовремя вспомнил, что как раз этот артефакт снес моего духа и нарушил систему защиты квартиры, а значит, наводка на него могла быть только при контакте.

— То есть это была очень древняя вещь?

— Мне откуда знать? Точно только хозяин может ответить. Я даже артефакт не видел. Но я просто причин больше с ходу не нашел, почему не на цепочке.

— Шею натирало такое количество, — усмехнулся я.

Хотя шея там была такая, что на нее наковальню повесь — не заметит. Мощная шея, тренированная. И сам мужик не пренебрегал спортом, в отличие от Глазьева, который хоть и не был толстым, но и тренировками не злоупотреблял, если вообще ими занимался.

Серый храпеть перестал, а вскоре я почувствовал, что он двигается в нашу сторону. Летел, можно сказать, почти как бабочка на свет, только в его случае — на возможность поживиться.

— Чем это вы тут занимаетесь? — чуть хрипло со сна спросил он.

— Трофеи собираем, — пояснил я.

— А чего на лестнице и ночью? Я думал, утром, у двери.

— Решили, что на лестнице будет удобнее, — ответил за меня Постников.

— Это вы зря, врагов надо на подступах останавливать. — Он заглянул в коробки, скривился и выдал: — Барахло. Даже собирать не стоило.

— Как это? — удивился я. — Мы же планировали открывать магазин по продаже подержанных артефактов.

— Кто это мы? — прищурился он.

— Мы с тобой.

— Не помню такого. Но торговать таким — только позориться. Елисеевские артефакты — это имя, надежность которого нельзя подвергать сомнениям. Раз такое продашь — и все, считай, имени нет.

Гордость, прозвучавшая в словах Серого, меня позабавила, но в чем-то он был прав: пусть не как артефактор, но как ювелир, я уже был довольно известен и хорошо оплачиваем. Кто-то, типа Мальцева, уже убедился в ценности моих артефактов, а кому-то это еще предстоит сделать. И тогда мне точно не нужна слава торговца чужими дерьмовыми артефактами.

— Значит, куда-нибудь сдадим.

В это время зазвонил телефон Романа. Почему-то подумалось, что это Аня беспокоится о любовнике, но нет — звонок был от Егора Дмитриевича.

— Ответить?

— Мы пока гаситель не нашли, — намекнул Постников и тут же вытащил из кармана последнего мага парные браслеты из тусклого серого металла. — А нет, нашли. Ответь тогда. А то ночевать в такой компании не хочется.

— Почему? — удивился Серый. — Живописная.

Телефон звонить перестал, и вопрос сам собой снялся.

— Я так и думал, что тебе понравится. Даже Даниилу сказал, что прекрасная композиция для фонтана выйдет.

— Не, для фонтана нужно что-то другое. А это в кустах поставить, пугать нежелательных гостей.

Тем временем Постников сгреб ценности с последнего мага. Если не считать гасителя, у него не было вообще ничего примечательного. Артефакта всего два, а личные вещи на дело он не взял. Кстати, телефон был только у Глазьева, который его даже на беззвучный режим не удосужился поставить.

Я вытащил из коробки гаситель.