Кейл улыбнулся. Если бы все было так просто.

— Я не верю в судьбу, мудрец.

Сефрис открыл глаза и промолвил:

— Только потому, что ты еще не силен в математике.

* * *

На улице Джак не спросил, о чем беседовали мудрец и убийца. Вместо этого они вдвоем все рассказали Ривену, который выслушал их молча.

Когда друзья закончили, он сказал:

— Итак, мы знаем, что сфера сообщает время, когда что-то случится. Но мы не знаем, что это «что-то» и где оно произойдет.

Кейл кивком подтвердил правоту убийцы. Все трое посмотрели на небо, хотя при дневном свете не было видно ни одной звезды.

Джак вытащил трубку и набил ее табаком.

— Но мы можем быть уверены, что ничего хорошего не светит точно.

Ривен фыркнул. Как подозревал Эревис, Драйзеку было совершенно все равно, что там искал Врагген и что именно — добро или зло — несла миру сфера. Он лишь хотел убить мага, который заставил его испытать страх. Что ж, Кейлу однажды придется этим воспользоваться.

Джак раскурил трубку, и ароматный дым заструился по заросшему дворику.

— Кейл, — промолвил хафлинг между затяжками, — мы не можем отдать им сферу.

— Все еще думаешь как арфист, а, Флит? — засмеялся Ривен. — Какая нам разница, что там сообщит сфера! Беспокоишься о невинных жизнях?

Джак выдохнул в сторону Драйзека облако дыма и начал формулировать ответ, но Кейл прервал его, положив руку на плечо друга.

— Дружище, он просто дразнит тебя, — сказал он, выстрелив в Ривена презрительным взглядом. — Он всегда так. Просто не обращай внимания.

— Мы не можем вернуть сферу, — повторил Джак. — Они даже не люди. По крайней мере, некоторые из них. И мы не знаем, что они замышляют. — Кинув яростный взгляд на Ривена, он добавил: — Гореть тебе в аду, если не будешь думать о невиновных. Не булавка арфистов сделала меня тем, что я есть, а твой уход из Сети, Драйзек Ривен, не изменил твою сущность.

Ривен лишь усмехнулся.

Кейл понимал, что для него, как и для Джака, невинные жизни значили слишком много. Впрочем, он руководствовался и более приземленными мотивами. Он хотел остановить Азриима и Враггена — и убить их — еще и по собственным причинам. Они ворвались в Штормовой Предел, убили стражей, похитили Репа и пытались умертвить их с Ривеном в «Олене». Противники вполне заслужили того, чтобы на них обрушился его гнев. И поэтому все они умрут, все до единого.

— Мы не вернем им сферу, дружище, — заявил Кейл, потрепав Джака по плечу. — Или, по крайней мере, не позволим им оставить ее у себя. Вызволим Рена и убьем их всех под кроной Вяза. Такой вариант решит твои проблемы?

— Мои точно решит, — встрял Ривен и подмигнул Флиту.

Джак выдохнул в его сторону кольцо дыма и сказал:

— Зент, ты не сможешь решить, сколько будет дважды два, даже на счетах.

То, что Джак упомянул именно эти числа, заставило Кейла поежиться.

— У нас есть день в запасе, — напомнил он. — Нужно подготовиться.

Глава десятая

Искорёженный вяз

Кейл сидел в их номере в «Ящерице», готовясь к беседе с богом. Джак с Ривеном уже спали. Эревис должен был разбудить Драйзека перед рассветом, но сомневался, что сделает это. Этой ночью он не нуждался в сне.

В комнате не горело ни одной свечи, лишь свет Селунэ просачивался сквозь щелки в ставнях и ложился на пол полосками жидкого серебра. Кейл ждал. Колокола церквей Селгаунта перестали звонить еще после десяти вечера, но Кейл интуитивно знал, когда наступит полночь.