Устроился в рощице, постелив под себя плащ. Приложил окуляр к правому глазу… Часа через три уже было ясно, что с шанцем что-то нечисто! Во-первых, работали там местные нанятые артельщики, а не солдаты, а во-вторых…

Поначалу Ляшин просто посчитал количество вывезенных от шанца возов да прикинул, сколько кубометров земли там выйдет… Вышло так себе. Не очень-то и много. Не-ет, лишнего они не рыли, не вывозили лишнего… Зато – привозили! На телегах и в арбах, совершенно в открытую – а кого стесняться-то? – везли потребные для строительства материалы – дерево на сваи, кирпич… За три часа – дюжина возов! Больших, четырехколесных. И еще – три арбы. Зачем столько? Они там метро собрались строить?

* * *

Через пару дней Иван Андреевич Круглов вновь отправился в гости к госпоже Рашель, откуда принес важные новости. Бояне удалось узнать, что шпионы нашли-таки сведущего в каменоломнях и подземных ходах человека – бывшего раба. Нашли давно, просто хозяйка только вот сейчас проговорилась, невзначай, когда считала деньги. Разложила прямо на софе – и серебро, и ассигнации – русские и французские. Считала, да про себя приговаривала – это вот тому, это вот этому. Это – землекопам, это возчикам, то – за порох, а то – старику из каменоломни…

Старик из каменоломни, ага… Бывший раб.

Еще Бояна сообщила о том, что со дня на день ожидается прибытие в Гирсово отряда разбойных людишек.

– Вот тут непонятно, – усевшись во дворе, у кухни, Круглов устало вытянул ноги. – Зачем головорезов откуда-то вызывать? Что, своих, местных, нет? Хоть тот же Джелал Кирмизи Эл – Красная Рука.

Красная – от крови, конечно. Очень уж был, поганец, жесток и лишних свидетелей оставлял в живых разве что по ошибке. Шайка у него была, еще при турках. Все, как обычно – грабили богатые дома, нападали на караваны, даже воинскими обозами не брезговали – обнаглели совсем. Правда, как русские в Гирсово пришли – исчезли. Сбежали или, может быть, затаились… Примету всегда оставляли – как ограбят караван или дом, атаман обязательно ладонь в кровь опускал – и кровавый сей отпечаток на стене или, там, на повозке, на лошади даже, оставлял. Этак – вот вам на память! Чтоб боялись. Чтоб уважали. Чтоб помнили!

– Экий и впрямь поганец, – усмехнулся поручик. – Только вот убили его. Опознали даже. О чем и доложили господину коменданту. При мне и докладывали.

– Убили, говоришь… Не знал.

– Так мало кто и знает. Война ведь, не до разбойников.

Алексей потянулся к кувшину с квасом. Налил в большие глиняные кружки, себе и собеседнику. Оба с наслаждением выпили.

– Да и, думаю, искать-то им особо некогда. Легче своих пригласить лиходеев, знакомых. Уж куда быстрей и надежней.

Зачем туркам понадобились головорезы, было вполне понятно: посеять панику и, если выйдет, ударить в тыл. Да и так, перед наступлением запугать обывателей. Чтобы русским не помогали ничем.

– Знаешь, я что еще думаю, – поставив опустевшую кружку, Ляшин задумчиво забарабанил пальцами по столу. – Если есть подземный ход… Так, может, его под восточной башней и поискать? Там и тайный караул выставить – вдруг кто из-под земли-то и явится?

– Из-под земли, Леша, только черти являются! – хохотнул Круглов. И тут же посмотрел совершенно серьезно. – Но тут ты прав!

* * *

– Инженеров, Рашель! Они ищут инженеров. Лично Суворов затребовал все списки. Понимаешь, все!

Потянувшись в кресле, Рауль Мустафа-бей нервно закурил трубку.