– А вообще, что теперь с нами будет? Куда-нибудь высадят? Выкуп потребуют?

– Выкуп? – собеседник с любопытством глянул на Алексея. – Ну, коль ты богат, так, пожалуй, скажи. Может, и сговоришься.

– Хм… богат… – Ляшин негромко засмеялся. – Был бы богатым, так горящих путевок не брал бы!

– Тогда лучше молчи, – посоветовал Никодим Иваныч. Поскреб подбородок, оглянулся по сторонам и, вдруг подавшись вперед, понизил голос:

– Ты это… лучше с нами… в побег!

– В побег?

– А что? Парень ты не из слабых и вроде не трус – пригодишься… А вздумаешь ежели донести… – Репников недобро прищурился. – Наших здесь много. Шкворень заточенный завсегда найдется.

Алексей на такие слова обиделся:

– Ну ты нашел доносчика! А в побег – да, я согласен. Никакого другого выхода не вижу. Правда, нас же могут освободить! Военные!

– Могут, – согласился Никодим. – Вот я о том и говорю. Наши-то корабли все – в Черном море. Здесь – нет. Одначе Ахмет-бей вскорости в Черное море собрался, Караденгиз – по-турецки. Всем им – султанский приказ. Война-то – там! Не сегодня-завтра уйдем, а там… – неожиданно подмигнув, Репников расхохотался. – А там, брате, уже можно и рвануть! Это здесь одни магометане кругом, а там… Там – наши!

– В Черное море? – Ляшин обрадованно потер руки и тоже подмигнул. – Так там наши корабли, да! Однако Ахмет этот, что же – самоубийца?

– Говорю же – султанский приказ. Ослушаешься – шелковый шнурок пришлют. Чтоб на нем же и удавился.

Шелковый шнурок, султан… Весь этот бред Ляшин пропустил мимо ушей, дело было не в этом. Главное, он нашел единомышленников! Побег, конечно, дело опасное… Однако сидеть сложа руки точно так же опасно, террористы – народ непредсказуемый, запросто могут всех пленников расстрелять. Ну, или отрубить головы – снять, да потом выложить в Сеть, для устрашения и демонстрации собственной крутости. Как того парня…

Султан – это, видимо, кличка какого-то полевого командира, которому подчинялся капитан Ахмет-бей. Шелковый шнурок – одна из изощренных казней, которыми нынче, увы, никого уже не удивишь. От фанатиков всего ожидать можно.

– До Черного моря дней пять пути, – снова оглянувшись по сторонам, тихонько молвил Никодим Иваныч. – Там еще сутки, потом – в Дунай-реку. Там и в побег! Ты того вон, лови…

Репников что-то швырнул… звякнуло… Нож?

Алексей наклонился, подобрал – напильник… Вернее, обломок напильника. Что ж, хорошее дело.

– Будь осторожен, Алексей, – тихо предупредил новый знакомец, кивая на спящих гребцов. – Соседи твои – иудушки те еще. Заметят – донесут обязательно. Ну и наемников опасайся. Те тоже донесут. За хороший куш.

– Понял, – Ляшин покусал губу. Не все тут так просто, оказывается… Так ведь и следовало ожидать.

На следующий день, с раннего утра вновь зазвучала труба, ударили барабан и литавры. Гребцы – шиурма – вновь взялись за весла, и судно медленно вышло из бухты… Дальше, в море, за дело взялись матросы. Поставили паруса, и галера поплыла дальше своим ходом, все прямо, лишь иногда лавируя – ловила ветер.

Весла понадобились лишь к вечеру – войти в очередную бухту, да утром – выйти. Так вот и плыли, пропуская по правому борту горы, долины и большие города с белоснежными зданиями и старинными крепостями.

Эх, рвануть бы туда, в цивилизацию, к нормальным людям! Увы, близок локоть, да не укусишь.