– Не волнуйся, – успокоил ее Джефф, но он и сам нервничал. Что, если родители Аллегры будут против их брака, или решат, что молодые слишком торопятся, или он им не понравится? Джефф поделился своими тревогами с Аллегрой еще дома, в Малибу, но она заявила, что его страхи просто нелепы, и от этого ему стало легче.

У дверей их встретил один Саймон: Блэр, по его словам, говорила по телефону в кухне. Она разговаривала с архитектором, занимающимся перепланировкой кухни, и, кажется, разговор был не из приятных. Архитектор только что сообщил Блэр, что перестройка займет не меньше семи месяцев, если строго следовать замыслу. Раздосадованная Блэр чуть ли не кричала на архитектора.

– Может, нам на полгода просто переехать в отель? – усмехнулся Саймон, но чувствовалось, что это было сказано лишь полушутя.

В ожидании хозяйки дома он предложил Джеффу выпить, тот выбрал скотч с водой. Несколько минут они беседовали обо всем понемножку, потом наконец появилась Блэр. Она вышла из кухни возбужденная и раздраженная. Саймон сразу же предложил ей выпить, но она отказалась и, все еще находясь под впечатлением разговора с архитектором, обратилась к Саймону:

– Представляешь, какой бред! Он заявил, что работы займут семь месяцев! Рехнулись они там, что ли!

Она повернулась к Аллегре: – Прости, дорогая. – Пытаясь успокоиться, она обняла и поцеловала дочь, поздоровалась с Джеффом. – Просто не верится.

– Почему бы нам не оставить кухню такой, как есть? – осторожно спросил Саймон.

Блэр решительно возразила, что их кухня устарела и вообще вопрос о ремонте уже решен и обсуждению не подлежит.

– Тогда я перееду, – сказал он вполголоса.

Блэр бросила на мужа предостерегающий взгляд, и они перешли на другую тему. Но Аллегра больше не могла сдерживаться. Улучив момент перед обедом, Джефф отставил в сторону стакан и посмотрел на родителей Аллегры:

– Аллегра и я хотим вам сказать… вернее, я хочу просить у вас… я понимаю, мы с вашей дочерью не так давно познакомились, но… – Никогда в жизни Джефф не чувствовал себя так неловко, он словно снова стал подростком. Блэр удивленно смотрела на него во все глаза, а Саймон улыбался. Он ему искренне сочувствовал.

– Вы хотите попросить у меня именно то, о чем я подумал? – подсказал он, пытаясь его поддержать. Джефф бросил на него благодарный взгляд.

– Да, сэр. – Сидя рядом с Аллегрой перед ее родителями и пытаясь найти нужные слова, он чувствовал себя даже не подростком, а пятилетним мальчуганом. – Мы хотим… мы намерены… – Он собрался с духом, пытаясь вести себя как подобает взрослому мужчине. – Аллегра и я решили пожениться.

– Ах, дорогая, как я рада! – Блэр вскочила и со слезами на глазах бросилась обнимать то дочь, то Джеффа.

Аллегра вопросительно посмотрела на отца:

– Папа? – Ей полагалось получить отцовское благословение, но она и без слов видела по глазам Саймона, что он одобряет их брак. У него в глазах тоже блестели слезы радости.

– Одобряю от всего сердца. – Саймон крепко пожал руку Джеффу. Мужчины выглядели такими довольными, будто только что заключили важную сделку. В сущности, так оно и было – решился вопрос, определяющий всю дальнейшую жизнь Аллегры и Джеффа. – Молодчина.

– Спасибо, – сказал Джефф. У него словно гора с плеч

свалилась. Сообщить о своих намерениях родителям Аллегры оказалось куда труднее, чем он себе представлял.