Можешь заехать в шесть?
– Могу.
– Спасибо тебе, Алан, – искренне сказала Аллегра. – Я тебе очень признательна.
– Ради Бога, не вздумай меня благодарить! Ты заслуживаешь кавалера получше, скажу даже, что ты заслуживаешь, чтобы с тобой пошел тот обормот – если уж тебе так хочется. Так что не благодари. Лучше думай о том, как мне повезло. Что тебе действительно необходимо, так это побольше нахальства. Как, скажи на милость, ты ухитрилась сделаться такой скромницей? Ты для него слишком умна. Эх, будь моя воля, я бы научил этого придурка уму‑разуму. Он сам не понимает, как ему посчастливилось. В Сан‑Франциско ему, видите ли, понадобилось…
Алан еще что‑то пробормотал, и Аллегра снова расхохоталась. Теперь она чувствовала себя гораздо лучше.
– Ну все, Алан, мне пора на работу. Увидимся в субботу. И сделай милость, попытайся не напиваться, ладно?
– Не будь такой занудой! Неудивительно, что ты осталась без кавалера.
Аллегра и Алан добродушно подтрунивали друг над другом. Алан любил выпить, но никогда не напивался пьяным и тем более не скандалил. Им просто нравилось пикироваться друг с другом. После разговора с Аланом Аллегра снова почувствовала себя человеком и поехала на работу в приподнятом настроении, совсем не таком подавленном, какое было с утра. Заряд оптимизма сохранился у нее на весь день. Она встретилась с двумя агентами, занимающимися турне Брэма, уточнила с охранной фирмой некоторые вопросы, касающиеся безопасности дома Кармен, затем побеседовала с одной клиенткой по поводу доверительного фонда на имя ее детей и к середине дня с удивлением обнаружила, что за все это время ни разу не вспомнила о Брэндоне. Она все еще не могла спокойно думать о том, что Брэндон отказался пойти с ней на вручение «Золотого глобуса», но по крайней мере теперь она уже не так переживала по этому поводу. Если задуматься, она вела себя глупо. В конце концов, Брэндон имеет право повидаться с детьми. Может быть, он прав и им обоим действительно нужно больше думать о карьере, исполнять свой долг, а встречаться – когда на это останется время. Возможно, такая жизнь кажется не слишком романтичной, но сейчас для другой у них просто нет возможности. Пожалуй, все еще не так плохо, просто она действительно слишком требовательна, как иногда сетует Брэндон.
– Вы правда так думаете? – спросила доктор Грин ближе к вечеру того же дня, когда Аллегра пришла к ней на очередной прием.
– Честно говоря, сама не знаю, что я думаю, – призналась Аллегра. – Мне кажется, что я знаю, чего хочу, а когда я поговорю с Брэндоном, мне начинает казаться, что я веду себя неразумно и жду от него слишком многого. Но так ли это? Может, я его просто пугаю?
– Интересное предположение, – бесстрастно заметила доктор Грин. – Почему вам кажется, что вы его пугаете?
– Потому что он не готов вкладывать в отношения столько, сколько я от него жду, или столько, сколько я сама готова ему отдать.
– Думаете, вы готовы на большее? Почему? – оживилась доктор Грин.
– Мне кажется, я бы хотела жить с ним под одной крышей, а его такая перспектива, по‑моему, здорово пугает.
– Почему вы так решили? – Доктор Грин стала подумывать, что Аллегра делает успехи.
– Мне так кажется, потому что он каждый раз торопится вернуться на ночь в свою квартиру. Он старается не оставаться в моем доме, когда есть возможность вернуться к себе.
– Все дело в территории? Он хочет, чтобы вы поехали с ним?
– Нет. – Аллегра медленно покачала головой. – По его словам, ему нужно пространство. Как‑то раз он признался, что когда мы просыпаемся вместе, он чувствует себя женатым, а он уже был женат и весьма неудачно, чтобы повторять эксперимент еще раз. |