– У него сейчас трудный период, – стала объяснять Аллегра, оправдывая Брэндона. Просто удивительно, как часто ей приходится оправдывать его перед другими людьми. – На самом деле этот период длится уже довольно долго, он разводится. Точнее, он уже не живет со своей женой, но официально еще не подал на развод. – Джефф внимательно наблюдал за Аллегрой, и ему показалось, что ее слова странно не вяжутся с выражением лица.

Аллегра сама не понимала, зачем рассказывает все это Джеффу, но отношения с Брэндоном были частью ее жизни. Джефф посмотрел на нее вопросительно.

– И давно это длится?

Он как будто почувствовал, что это ключ ко всей истории, она бросила ему этот ключ, он его поймал и теперь внимательно рассматривает со всех сторон.

– Два года, – тихо сказала она.

– Вас это беспокоит?

– Иногда. Хотя, кажется, меня это волнует не так сильно, как всех остальных. Брэндон уже два года не может договориться с женой о разделе собственности. Честно говоря, меня куда больше беспокоит то, что между нами до сих пор много недосказанного.

– И что же?

– Он по‑прежнему стремится сохранить дистанцию, – честно призналась Аллегра. – Он боится взять на себя обязательства, наверное, поэтому до сих пор и тянет с разводом. Если я подхожу к нему слишком близко, он начинает пятиться – в переносном смысле, конечно. Брэндон говорит, что в первый раз женился по принуждению и до сих пор не оправился от этой травмы. Это я могу понять. Но мне непонятно другое: почему после стольких лет за вину другой женщины должна расплачиваться я. Я то не виновата в неудаче его брака.

– Однажды у меня были подобные отношения с одной женщиной, – тихо признался Джефф, вспоминая писательницу из Вермонта, которая разбила его сердце. – Никогда в жизни я не чувствовал себя таким одиноким.

– Я вас понимаю, – мягко сказала Аллегра. Она не хотела обсуждать Брэндона. Она его любит, хочет выйти за него замуж, и если станет обсуждать его с другим мужчиной, это будет похоже на предательство. И все же она должна рассказать Джеффу всю правду об отношениях с Брэндоном, обязана, хотя они познакомились лишь несколько часов назад.

– У него есть дети?

– Да, две дочери, девяти и одиннадцати лет. Девочки замечательные, и он к ним очень привязан. Он часто летает к ним в Сан‑Франциско и проводит с ними много времени.

– Вы тоже с ним летаете?

– Когда есть возможность. Мне часто приходится работать по выходным – все зависит от того, что происходит с моими клиентами: кто‑то получает письма с угрозами, кому‑то нужно подписывать новый контракт, кто‑то уезжает в турне…

Да, дел у нее много, но Джефф чувствовал, что частые отлучки Брэндона во многом усиливают ее ощущение одиночества.

– И вы не возражаете, что он летает в Сан‑Франциско один?

– Я же не могу ничего изменить, если занята. Он имеет право повидаться с дочерьми. – Аллегра насторожилась, но чем дольше Джефф ее слушал, тем больше у него возникало вопросов. Он чувствовал, что она несчастлива с этим мужчиной, только пока не желает признаваться в этом даже самой себе.

– И вас не тревожит, что он так долго тянет с разводом? – спросил он напрямик.

Аллегра нахмурилась:

– Вы говорите прямо как моя сестра.

– Кстати, а что думает об этой истории ваша семья?

– К сожалению, они не в восторге от Брэндона.

Аллегра вздохнула. Джеффу начинало нравиться то, что он

слышал. Может, она и любит своего Брэндона, но между ними еще ничего не решено. Такая девушка заслуживает большего, гораздо большего, да и мнение семьи для нас много значит, это сразу заметно.