Танька с Кристиной пытались на ходу разглядеть, что там, в гостевом флигеле, происходит, но в наступавших сумерках увидели только, что горит свет в паре окошек на первом этаже и чуть светятся высокие окна бальной залы на втором. Да, если музей не работает, точно милиция колотырится… Ищут, все ищут!

Охранник вывел подружек с территории, и они волей-неволей пошли прочь, чувствуя, что он смотрит им вслед.

– И чего ты об этом всем думаешь? – наконец спросила Танька.

– Ничего, – сухо ответила Кристина. – Давай на автолайн, а? А то я чегой-то замерзла. И темно уже.

Они дошли до стеклянного полудомика остановки. Над шоссе принялись наливаться оранжевым ягоды загоравшихся фонарей.

– Выходит, там никого и не было? – заговорила от нечего делать Танька. – Ну, в кустах, за крыльцом? Померещилось тебе?

– Нет уж! Я к этому времени уже трезвая была – прям до отвращения!

– Но как же тогда…

– А тебе там, в подсобке, под столом, со страху не глюкнуло? Все «Виталька, Виталька»! – рявкнула Кристина, и Танька испуганно кивнула. – И мне не глючило. Было! Знаю я…

– Значит, просто там, в кустиках, какая-то баба пьяная заночевала, – примирительно сказала Танька. – Проспалась и ушла. Нормально?

– Да уж… И Виталька ее никуда утащить уж точно не мог.

– Почему? – оживилась приунывшая вроде Танька. – Хиловат, думаешь?

– Нет! – опять не выдержала Кристина. – Я думаю, его к этому времени там уже просто не было! Там только мы с тобой, две дуры, ошивались! Из-за того, что одна из нас никак пакет с горючкой взять не могла!

– Кристик, не серди…

Тут подкатила коробочка маршрутного такси, и тема была отложена.

– Ты завтра в офис мое шмотье подгонишь? А я тебе это отдам, о’кей? – попросила Танька, когда Кристина выходила на своей остановке.

– Без проблем, подруга.

Они чмокнулись на прощание, сказали друг другу: «Не переживай – и ты тоже» и расстались.

Какими же длинными оказались эти два «свадебных» дня!

Наутро в отдел, где сидела Танька, зашла заместительница папы Ку по перспективному планированию, неплохая в общем-то, хоть и в возрасте, тетка. Но все-таки начальница! А значит – воплощенное зло!

– Уважаемые коллеги, настоятельная просьба от руководства. Группами не собираться, известные события громко не обсуждать и предположений никаких не строить – во избежание обвинений в организации паники. Я понятно выражаюсь? – Она обвела отдел многозначительным взглядом. – Ну вот и отлично. Работайте.

И действительно, весь день на фирме, занимавшей целый этаж офисного здания, было удивительно тихо. Никто не ржал – грохотливо, с подвизгом, целыми отделами – над новыми анекдотами из Сети, не попискивал томно по укромным уголкам, не сварился трескуче-бранчливо в курилке, кто с кем пошел курить, а кто с кем и погордился… Все прониклись…

Потрепаться Таньке с Кристиной удалось только на ленче, да и то потому, что они были вдвоем за столиком. Там Танька была огорошена новостью, которая вследствие тотального информационного ступора не разлетелась веерно, как сталось бы в другой обстановке, по фирме: Кристину посадили на место выбывшей по понятным причинам Ламары. То есть в предбанник, где помещались помощники и секретари Кучинского. Кристина сейчас там была одна – полгода назад из-за кризиса уволили всех, кроме любимой дочки и будущего зятя.

– И как это… тебе? – осторожно поинтересовалась Танька, искоса глядя на подружку – уже почти начальницу.