тайком  продаваемые  джелийскими  горожанами  делизийским  торговцам,   не

прекращали зуд.

   Группа джелийцев  остановилась  на  врофовой  дорожке.  Впереди  стояла

девушка, все  еще  сжимавшая  в  руках  флейту,  символ  своей  профессии.

Остальные подталкивали ее вперед, избегая, впрочем,  касаться  ее  платья.

Сделав несколько  неуверенных  шагов,  девушка  поворачивалась  и  жалобно

смотрела на толпу. На бледном лице ярко выделялись  красные  расцарапанные

пятна.

   - Отправляйся к гедам, - беззлобно, но настойчиво говорил кто-то.  -  В

пустом доме всегда кто-нибудь есть.

   - Но это же рядом с джелийцами!

   - Там геды.

   - Оставьте меня! Отпустите! Ахмет, защити! Мы  с  тобой  столько  живем

вместе!

   Ахмет уставился  в  землю  и  ничего  не  ответил.  На  шее  горожанина

пульсировала жилка.

   - А ну, живо вперед! - внезапно закричал какой-то потный  коротышка.  -

Ты меня чуть не заразила! Вчера обедал рядом с тобой! Если я  за...  -  Он

оборвал себя на полуслове.

   Девушка по-прежнему не двигалась с места.

   - Я не пойду. Не пойду!

   По толпе пробежал ропот.  Коротышка  нагнулся  и  подобрал  камень.  Он

сделал шаг вперед, но потом снова принялся уговаривать девушку:

   - Иди по-хорошему...

   Флейтистка стояла как вкопанная. Человек сделал еще один  шаг.  Девушка

вскрикнула, повернулась и бросилась бежать к заброшенному дому.

   В толпе воцарилась тишина. Потом солдат, который стоял  поодаль,  вдруг

произнес:

   - Провожу-ка ее. Как раз там эти подонки напали на женщину Келовара.

   Солдат  достал  дробовую  трубку  и  зашагал   вслед   за   флейтисткой

пружинистой походкой тренированного бойца. Кучка делизийцев молча  побрела

назад, домой,  и  только  Ахмет  остался  стоять  неподвижно,  со  сжатыми

кулаками. На его лицо падала тень.

   - Посветлел только один раствор - бульон с кислотой для стекла, которую

принесла Эйрис, - устало сказал  Дахар.  -  Ни  одно  лекарство,  ни  один

антибиотик  не  действует.  Ничего.  -   Он   оторвался   от   увеличителя

разочарованный.  Увеличитель  стоял  на  полу  и  доходил  ему  до  пояса:

темно-серый куб, без всяких украшений и такой тяжелый, что даже  Дахар  не

мог его поднять. Такой увеличитель у гедов был всего один.

   - Дай посмотреть, - робко попросила Криджин. Она  не  смела  подойти  к

увеличителю, пока  Дахар  не  посторонился,  но  стоило  ей  заговорить  о

волновавшем всех предмете, и робости как не бывало.

   - Кислота, конечно, убьет бактерию, но и разъест кожу. Ничего хорошего.

   Эйрис  уже  готовила  новый  бульон,  который  должен  был   немедленно

помутнеть, если туда попадет эта проклятая бактерия.

   - А если разбавить кислоту водой?.