— Оставь меня, — выговорила женщина.

— Ну, — сказала Серия Мау, — они мертвы.

— Что?

— С какой стати ты им позволяла так с собой обращаться? Я все видела. Я видела, что они с тобой вытворяли.

— Да пошла ты! — взорвалась клон. — Я поверить не могу. Я просто поверить не могу, что какая-то блядская машина убила всех моих друзей, а теперь еще мне свои гребаные лекции читает!

— Ты позволила им тебя использовать.

Женщина сжалась в комок. Слезы потекли по ее щекам.

— Зачем ты так говоришь? Ты же просто гребаная машина.

И добавила погодя:

— Я любила их.

— Я не машина, — возразила Серия Мау Генлишер.

Женщина расхохоталась:

— А кто же ты?

— Я K-питан.

На лице клона возникло выражение усталого омерзения.

— Я бы все на свете отдала, только бы не превратиться в такую тварь, как ты, — заявила она.

— Ты знаешь, я тоже, — ответила Серия Мау.

— Ты и меня собираешься прикончить?

— А ты бы этого хотела?

— Нет!

Клон прикусила израненную губу и мрачно огляделась.

— Не думаю, чтобы у меня нормальная одежда уцелела, — сказала она. Потом ее заколотила дрожь, и она молча разрыдалась. — Они же все там, да? Все мои друзья! Вся моя нормальная одежда!

Серия Мау повысила температуру в каюте.

— Теневые операторы это исправят, — заметила она равнодушно. — Чем еще могу помочь?

Клон задумалась.

— Высади меня где-нибудь поближе к нормальным людям, — попросила она.

Обитаемая планета системы называлась Перкинс-IV, хотя сами жители величали ее Нью-Мидленд. Планету терраформировали довольно неряшливо. Сельское хозяйство тут зиждилось на традиционных принципах, имелись свободные экономические зоны и сборочные фабрики, два-три городка с населением в пятьдесят-шестьдесят тысяч человек — все на одном равнинном континенте Северного полушария. Из агрикультур тут выращивали свеклу и картофель, а также местную разновидность кабачка, которая пользовалась спросом выше по Пляжу, пока какой-то закройщик не удешевил ее; такова была неизменная уже триста пятьдесят лет судьба традиционных сельскохозяйственных отраслей. В крупнейшем городе планеты были церкви, кинотеатры и муниципальные здания. Жители Перкинса-IV считали себя обычными людьми. Перекройкой геномов не увлекались, смутно полагая это занятие греховным. Религиозные представления их, впрочем, недалеко ушли от здравого смысла, уступая ему во мрачности. В школах изучали поезд-призрак и способы добычи, применяемые там.

В первый понедельник ранней ветреной весны детишки в одном из городков играли в игру «Мы пошли на рынок элементарных частиц и купили там…».

Они как раз добрались до «…бозон Хиггса, немного нейтральных K-мезонов и долгоживущий нейтральный каон, чей распад на два пиона нарушает CP-симметрию», когда окна задрожали от ударной волны, в сотне футов над городком пронесся матово-серый клиновидный объект, весь утыканный какими-то трубами, аэродинамическими тормозными плоскостями да шишками энергоустановок, и затормозил, пролетев расстояние, равное собственной длине. Это и была «Белая кошка». Дети, весело загалдев, порскнули в школу.

Серия Мау открыла грузовой отсек и высадила клона.