Но Фаррах оказался быстрее. Быстро, одним толчком жилистого сильного тела он поднялся и в три шага оказался прямо перед креслом, где вальяжно развалился начальник стражи.

Тот даже не успел удивиться, когда в горло ему вошло узкое, острое стальное лезвие. Валас Пехар нелепо взмахнул руками, забился в конвульсиях, издал странный булькающий звук, захлебываясь собственной кровью, и осел на пол бесформенной кучей.

— Вот и все, — Фаррах аккуратно вытер острие клинка. Бесцеремонно пнул безжизненное тело носком узорчатого сафьянового сапога, — уберите эту падаль. Завтра пусть объявят, что умер от удара. — Фаррах криво усмехнулся. — Давно пора.

Пока молчаливые солдаты в черном выносили мертвое тело, Арат Суф сидел неподвижно, потрясенный увиденным. Такого он не ожидал. Фаррах обернулся к нему, лучезарно улыбаясь. Лучше никогда не родиться, чем видеть такую улыбку.

— А ты что застыл, почтенный? Да, пожалуй, это зрелище чересчур грубо для тебя. Ты всегда только приказывал убивать, нет, даже не приказывал — намекал. Или думаешь, я не понял до сих пор, кто здесь настоящий Хранитель Короны? Этот, — Фаррах кивнул в сторону двери, куда только что вынесли покойника, — только делал для тебя всю грязную работу. Ничего. Палачей мы найдем сколько угодно.

Во дворе поют петухи. Солнце засвечивает сквозь щели в потолке. Где-то рядом мычат коровы, и остро пахнет свежее сено.

Олег сладко потянулся и перевернулся на другой бок. Давно пора вставать, но утренний сон так сладок…

Вот уже третий день он живет на ферме Адраста. Лекарь не солгал — выбраться из города удалось легко. Ворота оказались не заперты, а стражники — мертвецки пьяны. И дорогу он указал правильно. Хотя Олег и устал изрядно — сказалась бессонная ночь, и ноги стер до кровавых мозолей, но к полудню увидел на холме приземистый беленый дом под красной черепичной крышей.

Сам хозяин, огромный и угрюмый, похожий на медведя гризли, поначалу встретил его неприветливо. Он оперся на вилы, которыми сгребал сено, сплюнул на землю и хмуро сказал:

— Прочь отсюда. Мы здесь не жалуем городских. И побыстрее, а то мой пес вот-вот сорвется с цепи.

За его спиной, захлебываясь лаем, бесновался огромный волкодав. Серая шерсть встала дыбом, глаза сузились до щелочек и налились кровью. Пес злобно ощерил пасть, обнажив огромные клыки.

На какой-то миг Олегу стало страшно. Ну и друзей находит себе старый Тобис! Если цепь не выдержит, это чудовище разорвет его на куски… И похоже, хозяин не будет против.

Олег уже готов был бежать прочь отсюда, а там — будь что будет, когда тоненький ехидный голосок вновь зазвучал у него в голове.

— Ты действительно глуп, человек. Это вовсе не чудовище, а только собака, которая защищает свой дом и хозяина.

Страх прошел. Олег присел на корточки и посмотрел собаке прямо в глаза.

— Плохо же встречаете гостей.

Олег даже сам удивился, что голос его звучит вполне уверенно и чуть насмешливо. Пес заскулил и улегся на землю, положив морду на вытянутые лапы.

Хозяин молчал. Его лицо даже вытянулось от удивления. Потрепав пса по загривку, он снова обернулся к Олегу.

— Кто тебя послал? — В его голосе еще звучало подозрение, но, услышав имя старого Тобиса, он преобразился как по волшебству. Грубые черты лица смягчились, он даже поклонился Олегу и перед тем, как взять письмо, долго вытирал руки о штаны.

Он долго изучал письмо, наморщив лоб и шевеля губами, потом снял войлочную шапку, снова поклонился и пригласил пройти в дом.