Чёрный двуручный цзянь, выглядящий будто это не оружие, а капля застывшей тьмы, смотрится в его правой руке словно игрушечный. А это значит, что ростом этот мертвец почти не уступает Бин Жоу. Мысль, что начала появляться в моей голове, тут же исчезла, когда я понял, что он удерживает в левой руке. Внебрачный сын копья и ледоруба на тяжёлом двухметровом древке был украшен множеством ржавых цепей, на которых крепились человеческие черепа.

Больше всего он был похож на то, как писатели-фантасты изображают рыцарей смерти. Только с местным колоритом, который делает его ещё более опасным.

Даже по косвенным признакам было понятно, что этот монстр не ниже шестого ранга, а возможно, и выше. Его аура давит на всё живое в радиусе нескольких ли. Она не просто ощущалась, её было видно даже при палящем солнце. А если это так, то он, скорей всего, ещё выше, чем я изначально подумал.

Его аура выглядела как тёмный туман, сочащийся из доспехов и стелющийся по земле мертвенным покровом, от которого зелёная трава тут же начинала вянуть. А его лейтенанты, что стоят по обе стороны от него… Мне захотелось сглотнуть слюну, вот только её не было. Ведь четверо цзянши в истлевших офицерских одеждах и с оружием в костлявых руках излучали силу, сравнимую с тем огненным магом, что чуть не сжёг меня дотла.

Даже просто паря в небесах, я ощущал давящую волю мёртвого полководца. Она обрушивалась на меня невидимой лавиной, хотя я нахожусь всего лишь в видении. Его воля была не просто приказом. Это был абсолютный императив, не терпящий возражений. И пока я пытаюсь осознать, что происходит, полководец поднимает свой чёрный меч. И в следующий миг по рядам нежити прокатывается беззвучный приказ.

Мне не слышно слов, но я ощущаю его повеление. Вперёд!

И они идут. Сотни мертвецов трогаются с места единым строем, словно древняя армия призраков, восставшая из небытия. Их шаги синхронны, словно они годами учились маршировать. И каждый их шаг сопровождается отвратительным ритмом волочащейся плоти и скрежета костей.

Словно единый механизм, они движутся к цели, которую я мгновенно узнаю. Та самая гробница, где я чуть не сдох и из которой я забрал осколок небесного камня.

Жестокая воля рыцаря смерти ведёт своих бойцов через лес. И даже деревья склоняются перед их шествием, не рискуя напасть на кого-то из этих солдат. Духовные звери бегут прочь, спасаясь от ужаса.

Медленно, но неотвратимо они двигаются всё дальше и дальше. А я поднимаюсь выше и вижу, как лес расстилается подо мной тёмным ковром, прошитым серебряными нитями ручьёв. И сквозь этот причудливый ковёр движется чёрная игла, остриём которой является сам полководец. С каждой секундой я взлетаю всё выше и выше — мимо крон деревьев, мимо клубящегося тумана, что окутывает долину.

Холод обжигает моё бестелесное сознание. Рядом со мной начинает сыпаться снег. Белые хлопья кружатся в вышине, медленно, почти невесомо опускаясь. Но, присмотревшись внимательнее, я понимаю — это не снег.

Это лепестки.

Лепестки духовного цветка, что цветёт где-то в высших сферах мира грёз. Они падают передо мной белым дождём, каждый лепесток светится слабым внутренним светом.

Лепестки говорят мне без слов: уходи отсюда. Здесь скоро будет смертельно опасно. Тьма пробуждается, и её гнев обрушится на всё живое в этих землях.

Я парю всё выше, окружённый падающими лепестками, наблюдая, как внизу армия мертвецов неумолимо движется к осквернённой гробнице. И в этот момент я чувствую, как сон начинает отпускать меня, как сознание возвращается в тело.