Значит, направление всё-таки верное? Просто пока не хватает знаний и умений? Астральная магия — это ведь не только щиты защиты разума или грубое отталкивание чужой воли. Это ещё и маскировка, умение управлять вниманием, создавать иллюзии. Всему этому тоже нужно учиться. Но возможно ли обучение без учителя?

Хотя…

Стоп.

Почему без учителя?

Вон же один стоит прямо передо мной, корнями в землю вцепился, ветвями на ветру шевелит. Да, он не объясняет, что делать. Но зато уж точно не прощает ошибок и разгильдяйства.

Теперь — активная фаза. Перестав играть с иллюзией «невидимости», я снова вошёл в зону досягаемости ветвей. Давление обрушилось мгновенно, как тяжёлая липкая волна, стремящаяся вдавить в землю, задавить мысль, остановить дыхание. «СТОЙ! ЗАМРИ!!» — вибрировало в костях черепа, в самой сердцевине сознания. Сбросил этот приказ резким усилием воли, ощутив знакомый «щелчок» освобождения в голове. И тут же — удар! Три ветви, толстые, словно анаконды, метнулись ко мне: одна в грудь, две другие — стремясь оплести ноги.

Тело, освобождённое от ментальных оков и подчинённое только моему разуму, отреагировало с чудовищной скоростью Бин Жоу. Гуаньдао взвился, описав широкий сокрушительный полукруг. Удар не столько резал, сколько ломал, дробил. Мощь голема, переданная через совершенный рычаг алебарды. Хруст! Две ветви рухнули на землю, истекая густым тёмным соком с запахом гнили и меди. Третью я парировал древком, отбросив её далеко в сторону. Всё же в тяжести моей алебарды таились свои преимущества.

Ива взревела. Не звуком, а ментальной вибрацией, пронизывающей астрал и тонкие нити энергий, которыми был пропитан мир. Шум листвы стал пронзительным, почти истеричным. Давление на разум утроилось. Оно уже не просто приказывало стоять и замереть, оно давило, пыталось раздавить сознание, вогнать в панику, заставить упасть и свернуться калачиком, или застыть, парализованный ужасом. Это был гнев. Гнев хищника, который впервые сталкивался с тем, что не может добраться до жертвы, находящейся так близко и одновременно так недосягаемо.

Идеально. Теперь тренировка шла сразу на двух фронтах: физическом и ментальном. Я балансировал на самой грани и… мне это нравилось! Движения становились резкими, точными, отточенными памятью мышц тела, закалённого тысячами тренировок и десятками битв не на жизнь, а на смерть. Тяжёлый, полностью металлический гуаньдао свистел в воздухе, обрубая, парируя, расчищая пространство. Каждый взмах требовал точности и правильной дозировки силы, и в то же время я должен был непрерывно держать оборону внутри своего разума, парируя ментальные атаки дерева-монстра.

Увлёкшись, я оказался так близко к стволу «ивы», что чужая воля ощущалась уже как нечто физическое, почти осязаемое. Пока рано так приближаться. Голова едва не лопалась от призрачного давления, от ледяных астральных пальцев-ветвей, сжимающих виски.

«Кыш!»

Шаг назад. Отойти, повторить снова, уже медленнее, прислушиваясь к себе.

Чужая аура… На расстоянии — холодный туман, просачивающийся в глаза и уши. Ближе — вязкое масло, обволакивающее мозг, замедляющее мысли. В момент активной атаки ветвями — стальные тиски, сжимающие череп, и ледяные иглы, вонзающиеся в затылок. Я учился различать оттенки давления: когда дерево лишь сканирует местность, когда оно замечает угрозу, когда готовится к атаке, и когда ярость полностью захватывает его.