Вообще, насколько подсказывала память Бин Жоу, Империя — это огромное государство, по площади, наверное, не уступающее земному Китаю. Но при этом люди контролируют лишь малый процент этих гигантских владений. Все поселения и города расположены вокруг «чистых» Источников магии, словно островки света в бескрайнем море тьмы, и соединяются друг с другом трактами, растянувшимися паутиной дорог. За пределами этих нитей и островков цивилизации простирается дикая, хаотичная, опасная земля, где безраздельно властвуют монстры, чудовища и иная мерзость, по типу уже знакомых мне цзянши. В этих землях человек — всего лишь добыча, слабое чужеродное существо. В отличие от Земли, в этом мире человек не рискнёт назвать себя царём природы.

Впрочем, о выходе к людям пока думать рано. Не стоит забивать голову проблемами, которые возникнут точно не сегодня, и тем самым отвлекаться от наблюдения за окружающей местностью.

Всё больше смещаясь в сторону восхода, я с каждым пройденным километром чувствовал себя всё увереннее и спокойнее. Пару раз встречал похожих на «иву» монстров, но, заранее уловив знакомую хищную энергетику, предпочёл обойти их стороной. Ещё несколько раз замечал духовных зверей — они были довольно мелкими и явно боялись меня куда сильнее, чем я их, а потому спешили убраться с моего пути.

Со спокойствием у меня появилась возможность не только разглядывать каждую тень и до рези в глазах всматриваться в любое, даже мнимое, движение, но и просто смотреть по сторонам, подмечая детали, которые ранее ускользали от моего внимания.

В этом лесу обитали не только монстры и чудовища, здесь также произрастали духовные травы, ауру которых я иной раз мог ощутить даже с расстояния в десять шагов. Сбор подобных растений в Империи считался занятием опасным, но весьма доходным, особенно если сравнивать с работой крестьянина или не слишком умелого ремесленника.

Беда заключалась в том, что Бин Жоу совершенно не разбирался в травоведении. Он лишь знал, что некоторые духовные растения, если сорвать их правильно, могут принести огромную пользу, но столь же легко способны причинить непоправимый вред, если сорвёшь не то, что следует.

Конечно, пока караван путешествовал от города к городу, от поселения к поселению, я видел множество различных трав на рыночных лотках. Но засушенные до состояния гербария растения мало походили на живые, и потому даже приблизительно не мог представить, что за духовный цветок я заметил минуту назад.

Сладкий, пряный, с едва уловимыми нотками мёда запах ударил мне в ноздри совершенно неожиданно, словно лес сам решил бросить в лицо соблазнительную приманку. Я шёл, вдыхая тяжёлый, чуть влажный воздух чащи, и вдруг сквозь его густоту прорезался этот странно приятный аромат. Резко замерев, принялся оглядываться, уже зная по опыту, что в этих местах благоухание зачастую принадлежит вовсе не цветам, а хищным растениям, прячущим в аромате смертоносную ловушку.

Принюхался ещё раз, вслушался в собственные ощущения — и внутри, вместо лёгкости, что должен был дарить запах мёда, только усилилось напряжение. Вместе с ним ощутил энергию — плотную, живую, словно рядом дышал духовный зверь, достигший третьей ступени совершенствования. Ноги сами заняли стойку, гуаньдао взметнулось единым движением вверх, готовое рассечь угрозу. Но через несколько мучительных мгновений я понял, что сиюминутной опасности нет. Напротив, откуда-то совсем близко исходили невидимые волны, несущие странное спокойствие и глубокое, почти потустороннее умиротворение, будто сама чаща пыталась убаюкать меня, скрывая в себе неизвестное.