|
.. Белые стены комнаты, которую пираты облюбовали в качестве столовой, были щедро украшены позолотой. На потолке - роспись, какой-то сюжет из римской мифологии. Массивные позолоченные канделябры в пять свечей каждый казались волшебными светильниками: позолота совершенно фантастическим образом отражала их свет, и гостям казалось, будто они попали в сказку. А за окнами чернела совсем не сказочная ночь.
- Ладно, - сказала Галка, подытоживая совещание. - Давайте на боковую, братва. Завтра всё обсудим на свежую голову. Может, чего дельного и придумаем.
- Эли, - голос Джеймс дрожал. - Эли, я действительно не смирюсь, если ты... если он посмеет... Я совершу что-то ужасное.
- Вот за это я и люблю тебя, Джек...
5
Платье. Светло серый, жемчужного оттенка шёлк, серебряная вышивка, драгоценные камни, отделочный шнур из серебряных и золотых нитей... Галке тут же припомнилась её Сан-Хуанская авантюра, боль в рёбрах и натёртая поясница.
- Его величество желает, чтобы вы явились на приём в этом платье, мадам.
- Его величество знает, что я одеваюсь по иной моде, барон. И вообще, с каких это пор вы вдруг сделались гардеробмейстером?
- Я передал вам платье и пожелание его величества непременно видеть вас в нём, - сурово проговорил де Бретейль. - Думаю, не стоит говорить, чем может быть чреват отказ.
- Этот вопрос мы с его величеством уж как-нибудь утрясём, - Галка улыбнулась одними губами - взгляд же был холоден и колюч.
Третью неделю они гостили в Версале. И третью неделю изо дня в день повторялось одно и то же. Прогулки по парку, представления министрам, вельможам, иностранным дипломатам - шведам и посланникам мелких германских князей. Беседы на самые разные, но по-прежнему далёкие от политики темы. Правда, от выезда на охоту Галке удалось отвертеться, сославшись на недомогание. На самом деле она не хотела позориться: отношения с лошадьми у неё как-то не сложились, и она попросту не желала вывалиться из седла посреди толпы злоязычных придворных. Если поначалу пиратка вызывала у них интерес и любопытство, то теперь, когда её ежедневно приглашали на беседы с королём, появились досада и ревность. Королю понравилось стрелять дичь из подаренного ею ружья новейшей конструкции. В покоях короля портили ковры и мебель кот и кошка редкостной ванской породы - белоснежные, один глаз зелёный, другой голубой. Галка нашла штук пять таких кошек во дворце алжирского бея и преподнесла парочку его величеству в подарок. Король передал военному министру де Лувуа великолепные карты всего побережья Франции и сопредельных стран - ещё один весьма ценный подарок заморских гостей. Не говоря уже об изящных восточных вещицах из Алжира, украсивших кабинет его величества. Внимание короля к "этой разбойнице" начинало раздражать его окружение. Галка, как и большинство пиратских капитанов, была эмпатом средних способностей, и чувствовала их неприязнь всей кожей: будто выкупалась в грязной воде. И это вовсе не добавляло ей оптимизма...
...Удивление короля длилось всего несколько мгновений. Ещё никто даже не пытался игнорировать его пожелания. А эта дама вопреки всему снова явилась в мужском платье. Надо признать, на ней оно смотрится неплохо, но всё-таки приличия следует соблюдать. Если вы дама, извольте носить приличествующее даме.
- Мадам, - недовольство короля проявилось холодными нотками в его голосе. - С вашей стороны не слишком вежливо отказываться от моих подарков.
- Увы, ваше величество, я не ношу юбок и ненавижу корсеты, - улыбка Галки выглядела жёсткой, несмотря на более-менее любезный тон. - Да и не к лицу они генералу, согласитесь.
- Но это был мой подарок вам лично, мадам. |