– Ага, – обрадовался жрец. – Значит, вы понимаете.

– Я понимаю, что в бухте Сан Диего весьма благоприятные приливы и отливы, но очень трудно подплыть на подводной лодке сюда, на второй этаж этого здания.

– Говорите со мной, – обратился к жрецу Римо. – Это я хочу присоединиться.

– Все мы созданы совершенными, – сказал жрец. – Но нас обучили несовершенству.

– Если бы это было так, – заметил Чиун, – тогда грудные дети были бы самыми мудрыми из нас. А на самом деле – они самые беспомощные.

– Их учат не тому, чему надо, – заявил жрец.

– Их учат искусству выживания. Некоторые учатся этому лучше, чем другие. Их вовсе не учат невежеству, как ты утверждаешь. И все те страсти, которые ты называешь святыми, – это лишь основные пружины выживания. Когда мужчина берет себе женщину – это выживание племени. Когда человек ест – это выживание тела. Когда человек напуган – это выживание человека. Страсти это первый уровень выживания. Сознание – это высший уровень. Дисциплина, если правильно ей следовать, помогает самосовершенствованию. Это долго, это трудно, и если делать это должным образом, то человек начинает чувствовать себя маленьким и ничтожным. Так мы растем. И никогда еще не было короткой дороги ни к чему стоящему.

Так говорил Великий Мастер Синанджу, так излагал он истину и при этом неотрывно смотрел на серебристую полоску.

Римо растерянно моргал, взирая на Чиуна. Он уже слышал это раньше, и это входило в программу его многолетней подготовки. Он знал это так же хорошо, как знал самого себя. Удивляло его то, что Чиун тратит силы и время, объясняя все это постороннему человеку.

– Я читаю удивление на твоем лице, – обратился Чиун к Римо. – Я говорю все это ради тебя. Просто чтобы ты не забыл.

– Ты, наверное, думаешь, что я полный идиот, папочка.

– Я знаю, что судно, которое отвезет нас в Синанджу, ждет в гавани, а мы сидим здесь, вот с этим.

Тонкая рука изящно указала на жреца. Тот вздохнул.

– Ваш путь – это боль при каждом маленьком шаге и мелкие, трудно достающиеся победы над своим собственным телом, – сказал жрец. – Мой путь – это мгновенное подлинное просветление, которое подтвердят даже ваши тела. У нас есть три доказательства нашей правоты. Первое. Великий Всеблагой Владыка существует – следовательно, он есть. Он есть реальность. Мы не просим вас признавать ничего несуществующего. Второе. Он через своих предков существовал много лет. Следовательно, это не просто одна из бесконечного множества мимолетных реальностей. И третье, конечное доказательство: он растет. Как бесконечная Вселенная, так и мы разрастаемся с каждым годом и с каждым днем. Вот таковы наши три доказательства.

– Они очень хорошо годятся и для загрязнения атмосферы, – заметил Римо.

Чиун хранил гордое молчание. Тратить слова на пустые разговоры с человеком в розовом больше не было необходимости.

– Есть чистое озеро изначальной и вечной истины, но ваше сознание затуманено, и вы не можете увидеть его. Это потому, что вас учили не тому, чему надо. А мы просто напросто, благодаря совершенству Всеблагого Владыки, возвращаем вас к этому источнику, показываем вам путь познания истины о самих себе. Раз – закройте глаза. Закройте. Плотнее. Хорошо. Вы видите маленькие светлые точки. Это лишь малая часть бесконечного света, а вы ограбили себя – лишили возможности лицезреть чистый и светлый поток жизни. Я открою для вас этот светлый поток.

Римо ощутил мягкое прикосновение пальцев к векам. Он слышал тяжелое дыхание жреца. Чуял исходящий из его рта запах мяса. Чуял запах потного натруженного тела. Маленькие светлые точки, которые может увидеть любой человек, если быстро закроет глаза, превратились в чистые, дарующие облегчение полосы света, льющегося свободно и непрерывно.