|
Вождь кочевников поморщился. - Мы не каннибалы, не употребляем в пищу разумных существ. Неужели просвещенные кси-мерроги показались вам дикарями? Сквилл хотел ответить, но Ниина метнула в него такой убийственный взгляд, что он не рискнул даже пасть раскрыть. Хотя вряд ли в подобной ситуации ему следовало бояться сестру, и вряд ли даже самое оскорбительное ругательство выдра ухудшило бы положение пленников. - Вас обескровят, - продолжал Чи-черог. - Поверьте, это не самая тяжелая смерть. Сначала осушаемый теряет чувствительность, затем погружается в сон и вскоре умирает. - Правда? - Неисправимый Сквилл не мог держать язык за зубами дольше минуты. - Шеф, можа, сначала покажешь на себе, как это делается? Вождь остался невозмутимым. - Затем ваши организмы будут перемолоты в порошок. На восходе полной луны вы будете рассеяны над полями кси-меррогов. Это достойный уход. Вещества, из которых состоят ваши тела, обеспечат пищу и дальнейшее благополучие новому поколению. - Несмотря на все твои логические выверты, - прочирикал Виз из-под стропила, - каннибализм остается каннибализмом. - О нет, вы не правы. - Очевидно, невозможно было поколебать мировоззрение Чи-черога. - Ваша смерть даст толчок новым жизням. - Эх, угораздило же нас притащиться сюда как раз накануне полнолуния, - посетовала Ниина. Чи-черог подошел, нагнулся, посмотрел на туго связанную выдру. - Не расстраивайтесь. Мы давно научились сохранять удобрения до урочной ночи. Просто полная луна обеспечивает наилучшее освещение. Наличие в ночном небе молодой или ущербной луны не изменило бы вашей судьбы. - В самом деле? - язвительно спросила Ниина. - Ну, просто гора с плеч. Чи-черог выпрямился. - Мне пора отдохнуть, и я покидаю вас до утра. И предупреждаю: если стонами и воплями потревожите наш сон, мы будем вынуждены прибегнуть к помощи кляпов. Я бы предпочел обойтись без этого. Постарайтесь свою последнюю ночь провести с комфортом, насколько это возможно. - Он двинулся к выходу в сопровождении двух стражей. - Пойду проверю веревки на ногах вашего большого друга. Мы все просто влюблены в него, ведь он удобрит несколько полей. Присматривать за пленниками остался один-единственный сурикат. С точки зрения Банкана, при таких путах даже в нем не было нужды. Сам он едва мог пошевелить пальцами, не говоря уже о всей руке. Ни малейшей надежды развязать за спиной у товарища по несчастью толстый кожаный ремень. Ноги его были стянуты в лодыжках и коленях. Одно неосторожное движение - и он повалится на бок. Но все же он рискнул поерзать и в конце концов привалился спиной к деревянному шесту. Сквилл и Ниина остались лежать на боку, мордой к середине шатра. От их пут шли ремни к вбитым в земляной пол кольям. О ловких выдрах кси-мерроги позаботились особо - узы не позволяли им даже повернуться. С Граджелутом, как и с Банканом, обошлись мягче, ему дозволялось сидячее положение. Ленивцу на связанные лапы натянули кожаные рукавицы, чтобы он не мог пустить в ход холеные, но все же грозные когти. На Виза, подвешенного верх тормашками, не было никакой надежды. Враги предусмотрели все. "Вот мне и опаньки, как говорят, близнецы, - печально размышлял Банкан. - Я не погибну в неравной битве с каким-нибудь коварным волшебником или силами зла, я не сложу голову, пытаясь спасти красавицу или заполучить Великого Правдивца. |
