|
Принимать его значит посвящать постороннего человека, к тому же аристократа, в то, что мы как бы все простолюдины, а охочусь в Смертолесье вообще пока я один. Ребята на земле Вольфа лишь рыбачат, сделать эту территорию своей им только предстоит, когда стая двинется севернее. Но, к счастью, у меня есть аргумент, чтобы послать благородного рекрута куда подальше. Он единственный сын и, стало быть, наследник по мужской линии. К тому же мы кого попало не берём… Но это оставим на крайний случай, а то парень тоже может, того, оскорбиться.
— Фэлкас, ты не понимаешь, чего просишь, — хмыкнул я. — У Братства нет иных вотчин, кроме Смертолесья и нескольких посёлков, где мы отдыхаем от охот на его южной границе. А ты наследник тэнтства, и после смерти твоего отца оно должно перейти к тебе. Так что среди нас тебе нет места. Что до твоего батюшки… Извинения приняты. Немолодой человек, похоже, и правда много перенёс за последние дни и по незнанию побоялся лесного зверя, не ведая, что тот никого не тронет, даже если я буду не в состоянии за ним присмотреть. Бывает.
— Я могу отказаться от наследства в пользу сестёр, — зачем-то полез парень в бутылку. Хотя могу догадаться. Всё-таки седьмая, а тем паче восьмая ступень Лестницы в моём возрасте легко может стать предметом зависти.
— А я не желаю допускать того, чтобы род Сэгондэ прервался, твои сёстры стали предметом охоты борзых женихов при ослабшем отце, а нас снова просили прогуляться и навести порядок. Мы не вмешиваемся в южные дела и сейчас бы тоже не вмешались, если бы ваши преследователи не попытались на меня напасть. Слово сказано. И довольно на этом.
— Пусть будет так, — через несколько секунд ответил парень. Было заметно, что мой отказ его огорчил, но хоть вроде не разозлил. Джон Сноу, блин, местного разлива, тому тоже припеперило в Ночной Дозор вступить ко всяким гопникам, вместо того чтобы попытаться поискать место получше. В конце концов, хранитель Севера там мог бы приёмному сынишке помочь нормально устроиться в жизни, подкинув каким-нибудь образом варианты заслужить дворянство.
— Вот и славно, — кивнул я. — А теперь садитесь к огню. Расскажете хоть, о чём в замке говорили. Парни, подкиньте дровишек и слегка потеснитесь.
— Вам бы не сидеть на холоде, юноша, — попытался вклиниться брат Вэй. — Раны были довольно тяжёлые.
— Не переживайте, — хмыкнул я на это. — Свежий воздух мне только на пользу.
Народ расселся, к счастью, даже хлыщ из центральных провинций нос от компании не воротил, а потом мне начали пересказывать последние новости. В общем, разговор с тэном и правда сначала не заладился, но его родственники и монах скруглили углы, а потом все как-то потихоньку и со скрипом перешли к обсуждению насущных вопросов. Таких на повестке дня было два: что делать с пленными и когда идти брать соседские замки? Всё-таки народу сдалось прилично, включая довольно высокоуровневых магов, а таких оставишь без присмотра, и они могут чего-нибудь учудить. Причём хорошо если просто побег, а не чего похуже, вроде ночной попытки нас перебить. Необходимость тщательно стеречь этих субчиков вообще подвешивала в воздухе возможность куда-то пойти, ведь бойцы-то охраной заняты. Но при этом замки соседей, судя по всему, были практически беззащитны, и Сэгондам с Шиэсом очень хотелось их взять, отомстив за осаду.
Смело могу сказать, что поведение местного тэна пошло нам на пользу, точнее, нашему нейтралитету. При прочих равных бывшие ополченцы и ближайшие к нам аристократы со своими людьми были бы воодушевлены победой и вполне могли бы быстро согласиться на продолжение военной компании. А так крутили носами, кривили рожи и грозно спрашивали, а на кой им вообще всё это надо? В конце концов, мы шли немножко восстановить справедливость и объяснить всяким идиотам, что на нашу землю не стоит приходить с мечом, ибо чревато. |