— Глинистая почва есть также на Шамонских холмах, — заметил Леблонд.

— Я включаю их в Бельвиль, — сказал Тефер.

— Точно так же, как за кладбищем Пер-Лашез, до Баньоле, — сказал Банкаль.

— Я беру эту часть на себя… Если же вы не найдете следов там, я направлю вас в сторону Берси и Венсена.

— Слушаем, господин Тефер. Когда прикажете начать поиски?

— Сегодня же, и будьте как можно деятельнее. Каждый день вы будете подавать мне донесения, и я буду присоединять их к моим.

— Кто правил экипажем? — спросил Банкаль.

— В нем были двое. То есть, по всей вероятности, один сидел на козлах, а другой внутри, в обществе женщины.

— Молодой?

— Неизвестно.

— А наружность мужчин?

— Точно так же.

— Но, в таком случае, — вскричал Лебланд с гримасой, — найти их почти так же легко, как иголку в стоге сена.

— Это и мое мнение!… — повторил Банкаль.

— И мое, — сказал Тефер. — Но что делать? Так приказано… Впрочем, случай может нам помочь, и я рассчитываю на вас.

— Мы сделаем все, что можем.

Агенты разошлись.

Направив их, Тефер был уверен в неуспехе.

Истина могла быть открыта только с одной стороны, и эту сторону он оставил себе, решив исключить всякие неожиданности.

Тефер вернулся домой и решил завтра отправиться в окрестности Баньоле, — конечно, переодетым.

Ему необходимо было производить свои розыски в величайшей тайне, так как, несмотря на должность инспектора, он мог быть под надзором какого-нибудь неизвестного агента, находившегося в прямых сношениях с начальником полиции.

Пробыв у себя не более часа, он загримировался и оделся в костюм грузчика, который был на нем во время его первого свидания с Дюбье и Термондом в трактире «Две бутылки», и бросился на поиски Жана Жеди.

Тефер отлично знал все любимые места мошенников, которые, когда у них карманы полны, отправляются туда прокутить ворованные деньги.

Он отправился в эти трущобы, говоря себе, что, за отсутствием Жана Жеди, может найти кого-нибудь, кто наведет его на след.

Он не ошибся.

Один вор, только что вышедший из тюрьмы, сказал ему, что Жан Жеди был посажен туда на неделю и выпущен месяц назад.

Полицейский немедленно отправился в контору тюрьмы, показал свою карту и потребовал точного описания наружности Жана Жеди и адрес его последней квартиры.

Тефер отправился на улицу Винегрие и нашел привратника, сидевшего на пороге своей комнаты.

Он хриплым голосом, отлично подходившим к его костюму, спросил, живет ли тут Жан Жеди.

Услышав имя своего бывшего жильца, привратник насмешливо поглядел на спрашивавшего.

— А! Так вы знаете эту птицу?

Было очевидно, что Жан Жеди не пользовался хорошей репутацией.

Чтобы добиться полезных сведений, надо было ловко взяться за дело. Поэтому полицейский ответил:

— Нет, я его не знаю и очень рад, так как он, кажется, порядочная дрянь!

— Даже хуже!

— Что же? Может быть, мошенник?

— Да, вы угадали… Негодяй, которого мы принимали за честного человека! Этот мошенник был приговорен к тюрьме и, как кажется, не в первый раз.

— Я слышал это.

— Так чего же вы от него хотите?

— Я — ровно ничего; но он мой земляк, и его брат — честный малый, за что я ручаюсь, дал мне к нему поручение… Вот почему я ищу его.

— Ну, так ищите его в другом месте, он больше не живет здесь.