|
Только вот что: может, вы и купили эту землю и стали законным собственником всей бросовой степи отсюда до Сан Франциско – желаю вам всякой радости от этой вашей дурацкой покупки – и может, у вас за спиной целый зверинец таких вот красавцев (тут он указал на мрачного Джима), да только со всеми своими деньгами и приятелями вы позабыли про одно обстоятельство. Право владения то у нас, а не у вас. – Именно в этом мы и расходимся, – невозмутимо сказал Кларенс. – Если вы потрудитесь осмотреть дом, то убедитесь, что он уже находится во владении миссис Пейтон, моей арендаторши. Он умолк, чтобы его слова могли произвести надлежащее впечатление. Но даже он не был готов к импровизированному и чисто театральному эффекту, который последовал за ними. Миссис Пейтон, которой надоело ждать, давно уже стояла в коридоре и слушала, а теперь при упоминании своего имени внезапно вышла на галерею в сопровождении двух девушек. Легкое удивление на ее лице, вызванное неожиданным открытием, что Кларенс является собственником дома, можно было истолковать и как знак неудовольствия, что кто то потревожил ее уединение. Один мексиканец побледнел и испуганно поглядел в коридор, словно ожидая, что оттуда вот вот выйдет судья Пейтон, покойный хозяин этого дома. Все попятились. Игра была безнадежно проиграна, и первыми это признали сами игроки. Более того, как ни мало уважали они закон и порядок, они еще не утратили рыцарственности, свойственной мужчинам Дальнего Запада, и каждый из них молча снял шляпу перед тремя безмолвными фигурами в черном на галерее. А обескураженный главарь даже разомкнул плотно сжатые губы, чтобы произнести извинение. – Нам… нам сказали, что в доме никого нет, – пробормотал он. – И сказали совершеннейшую правду, – произнес бойкий, юный, но несколько манерный голос. – Пока вы входили в ворота, мы влезали в окно. Слова, оскорбившие их слух, произнесла Сюзи, но она сделала драматический шаг вперед, и их гнев тут же угас при виде ее хорошенькой фигурки. Вслед за дерзкими словами, раскрывшими хитрый маневр, который лишил их усадьбы, воцарилась было зловещая тишина. Но тут внезапно дало о себе знать чувство юмора, которое нередко только одно и может укротить ярость подобной толпы. Главарь громко расхохотался, а вслед за ним остальные, и, размахивая шляпами, вся компания мирно покинула двор. – Но вы сказали, что купили эту землю, мистер Брант? Что это значит? – быстро спросила миссис Пейтон, внимательно глядя на Кларенса. Легкая краска – тщетный протест его правдивой крови – выступила на щеках молодого человека. – Дом принадлежит вам, миссис Пейтон, и только вам! «Сестринский титул» я приобрел по уговору с мистером Пейтоном на случай, если произойдет нечто подобное. Но миссис Пейтон по прежнему не отводила от его лица гордого недоверчивого взгляда, и он вынужден был опустить глаза. – Ах, как это похоже на дорогого заботливого папочку! – сказала Сюзи и добавила вполголоса: – Боже мой, да ведь там, у ворот, стоит лгунишка Джим Хукер собственной персоной! ГЛАВА VIII Судья Пейтон завещал все свое имущество жене без каких либо условий. Однако дела его оказались в чрезвычайном беспорядке, так же, как и бумаги, и хотя миссис Пейтон не удалось обнаружить документов, относящихся к последней его сделке с мистером Брантом, которая сохранила ей усадьбу, было совершенно очевидно, что он истратил значительные суммы, пытаясь воспрепятствовать разделу своего ранчо. Это огромное поместье, хотя и не отягощенное никакими закладными, тем не менее не приносило дохода, отчасти из за судебных издержек, а отчасти из за систематических злоупотреблений, неизбежных при его величине и никак не охраняемых границах. |
