— А ты не боишься, что, когда вернешься, меня тут уже не будет?

Она повернулась и выскочила из комнаты. Крофт долго смотрел на захлопнувшуюся дверь. Затем открыл окно. Он опустился на ковер, позволяя солнечным лучам обогреть себя. Шум машин, голоса влетали в окно, однако Крофт не замечал их. Он мог полностью отключить все свои чувства, когда медитировал.

Однако сейчас этого не получалось. Он видел Мерси, ее глаза, по которым он так легко читал ее мысли. Глаза, как акварель. Прекрасные зеленые глаза.

Мерси сказала, что любит его, и он видел ее глаза в тот момент. Тогда Крофт сказал себе, что она находилась в слишком большом нервном напряжении, чтобы хорошо понимать, что говорит. Он лгал себе.

Он понял это, сидя на ковре, пытаясь освободить свой мозг от посторонних мыслей. Медленно сосредоточил он свое внимание на внутреннем свете, и разум его очистился и обрел покой.

Он не мог больше сомневаться в Мерси. Она знала, что говорила. Он видел это по ее глазам. Она любит его.

Крофт пытался понять, что значит быть любимым. Он исследовал себя, свои чувства, как исследовал бы цветок, заход солнца или море. Он хотел знать. Знать каждой частичкой своего существа.

Он позволил знанию того, что Мерси любила его, разлиться по всему своему существу, пока оно наконец не заполнило его до конца, удовлетворило его и дало его разуму долгожданный покой.

Это был не тот покой, которого он достигал своими занятиями медитацией или физическими упражнениями, однако каким-то образом он был очень близок к тому глубокому покою. В какой-то степени это было более совершенное чувство покоя. Оно окружило его и подавило то, другое.

Крофт вдруг понял, что никогда за всю свою жизнь не знал настоящей любви. То, что происходило между ним и Мерси, он никогда бы не назвал для себя этим словом. Он думал, что понимал любовь на интеллектуальном уровне, зная ее требования и запросы, но он на самом деле не познал ее всеохватывающей силы.

Однако теперь он понял.

Он влюблен в Мерси. Так же сильно, как и она в него. Это одновременно и страсть, и дружба, и уважение, это и разногласия, и понимание — все это любовь.

Замкнутый Круг.

Крофт изучил этот новый Круг, воссозданный в его разуме, наблюдая, как он медленно обволакивает ту светящуюся точку, на которой было сконцентрировано его внимание. Круг был идеален. Хотя не существует такого понятия, как универсальное знание, и некоторые тайны останутся навечно в этом Круге любви. Без этого не обойтись. Ну и пусть. Теперь он точно знал: Мерси принадлежит ему, а он — ей.

Удовлетворенный наконец, Крофт приступил к следующему этапу своей медитации. Было самое время для того, чтобы настроиться на напряженную работу. Собрать силы.

Прошло полчаса. И когда Мерси осторожно открыла дверь комнаты, Крофт уже был готов. Он повернул голову и увидел, что она нерешительно стоит в дверях с бумажным пакетом в руке.

— Я принесла тебе кое-что поесть. И стаканчик с чаем. Он в пакетике, но я заставила их сначала вскипятить воду. Ты закончил медитацию? — Она достала из пакета два стаканчика и протянула один ему.

— Я закончил. — Он поднялся, абсолютно спокойный. В то же время все его чувства были обострены и под тщательным контролем. Так он всегда чувствовал себя перед тем, как взрывал грани насилия.

Так он всегда чувствовал себя, когда занимался любовью с Мерси, за исключением тех моментов, когда она увлекала его за собой. С ней он мог потерять контроль, но тогда он знал, что ему ничто не грозит.

Крофт открыл стаканчик и сделал небольшой глоток.

— Я люблю тебя, Мерси, — сказал он.

Мерси поперхнулась.

— Что? — спросила она, вытирая слезы и откашливаясь.

Крофт слегка сжал ее плечи.

— Сейчас мне нужно идти.